Книга Жена поневоле, сделка с дьяволом, страница 77 – Кэти Райт

И как бы ни хотелось ей помочь, мы просто не могли ничего сделать.

Я понимала Маддлен по-своему, но, конечно, моя ситуация отличалась.

Рената смотрела в окно веранды за тем, как повара готовили новую порцию мяса на гриле.

— И я подумала, что, раз Марианджела вышла замуж, то отец скоро и от меня избавится. – сетовала Элеттра, нарезая мясо. Я же смущенно пила из бокала под внимательными взглядами старинных икон, развешанных по стенам.

Лоренцо и Розаура Ринальди были семьей набожной, но это не мешало им избавляться от эко-активистов и «зеленых», если те поднимали бучу насчёт ядовитых захоронений отходов компанией.

Строго говоря: семья Ринальди была рассадником двойных стандартов, сводящих с ума, в первую очередь Элеттру.

Она часто осекалась, бросая неосторожные фразы, сквозившие осуждением своей семьи.

Такое у нас, конечно, было не принято.

— У меня есть пара лет, пока не закончу магистратуру. – добавила Элеттра таким тоном, что всем сразу стало ясно: она совершенно не была уверена в том, что говорила.

— Не думаю, что у твоей семьи есть причина для спешки. – поддержала Элеттру я. – Года два у тебя точно есть.

— А что насчёт тебя? – Элеттра обратилась к Ренате и та лениво потянулась.

— Мои дражайшие родственнички думают о том, как бы пристроить Бруно. Его жена должна быть слепой, глухой и незрячей, чтобы её отец согласился отдать свою дочь за моего брата.

Маддлена рассмеялась.

— А я бы лучше вышла за Бруно. Он хотя бы не бьет своих женщин. – горько подытожила Маддлена, подперев ладонями лицо.

После покушения на Адриано Руджери новости гремели одна за другой: золотой наследник семьи Каттане́о попал в скандал. Он избил танцовщицу в клубе. Прикрепленные фотографии девушки поражали воображение: её лицо превратилось в фарш.

Я скидывала деньги на её лечение, когда объявили сбор.

Это не помогло мне почувствовать себя лучше, как раньше.

Страх Маддлен был вполне обоснованным. Я и сама знала несколько пар, где муж не гнушался поднимать руку на жену.

— Хочешь, мы убьем его? – будничным тоном поинтересовалась Рената, пока помощница по дому ставила перед ней огромную тарелку с мясом. – Если грамотно распотрошить тушку, то и следов не останется.

— У него три человека в личной охране. – с омерзением прошипела Маддлен. – Или ты и их уложить сможешь?

— Я? – Рената фыркнула. – Увольте! – она театрально взмахнула руками. – Но всегда можно найти добросердечного покровителя, который решит твою проблему.

Я непонимающе уставилась на Ренату, грациозно нарезавшую мясо.

— Предлагаешь мне раздвинуть ноги перед одним уродом, чтобы избавиться от другого? – Маддлен обиженно насупилась, опустошив бокал с амаретто. – Уж лучше – смерть.

Элеттра вздрогнула.

Самоубийство было одним из тех грехов, которые не прощал её Бог. Правда, это не касалось убийств активистов…

— Мы же не в шестидесятых… – отмахнулась Рената.

— Есть предложения? – в голосе Маддлен послышались стальные, решительные нотки.

Я уже и не помнила её такой.

— Я могу подергать за ниточки, – протянула Рената, не поднимая глаз от тарелки. – Но только если ты захочешь.

Я задумалась о том, во что превратится моя жизнь, если Фауст не даст мне развод.

Мои попытки подготовить себя к тяготам жизни после официального развода, не шли ни в какие сравнение с тем, что могло ждать меня в этом браке.