Книга Жена поневоле, сделка с дьяволом, страница 75 – Кэти Райт

— Давай мы попробуем всё обговорить. Я обещаю ответить на все твои вопросы.

Я деланно задумалась, чувствуя, как сдавали нервы.

Как бы хорошо я не готовилась к этому разговору, всё равно осталась не готова.

Внутри клокотала обида и желание пойти по легкому пути: выслушать очередную ложь Руджери, подавиться лапшой, которую он вешал мне на уши и сидеть в дураках всю оставшуюся.

А лучше было переспать с ним и каждую ночь думать о том, что вместо моего лица он представлял Аурелию, к которой сбежал даже в тот день, когда его отца чуть не лишили жизни.

Но я должна была переходить к активным действиям. Я больше не могла терпеть подобное отношение.

Мне было плевать на то, как отреагирует отец и мать. Я знала, что они попросту перекроют мне кислород и доступ к банковским счетам, но была готова рискнуть всем, просто чтобы наконец-то почувствовать себя человеком.

— Хорошо. – сдавленно проговорила я, всплеснув руками. – Как она в постели?

Фауст побледнел, а взгляд его был до того тяжелым, что грозил раздавить меня.

— Раф, хватит. – его тон был полон угрозы и предупреждения: я переходила черту, к которой не стоило приближаться даже на ярд.

— Ты думал о ней, когда пытался переспать со мной? – вопрос сорвался с губ раньше, чем я успела подумать, смогу ли пережить ответ.

Руджери глубоко вдохнул. Его грудь вздымалась под рубашкой.

— Мы не спали. – сквозь зубы процедил он. – И, нет, не думал.

Терпение Фауста подходило к концу, но моё уже давно лопнуло.

— Ты – грязный лжец. – прошипела я, беря сумочку со стула. – И либо ты дашь мне развод…

— Либо? – Фауст раздраженно поднялся с места. Скрежет стула о мраморный пол привлек официантку.

Руджери уже говорил мне о том, что не ведет переговоров с террористами. Так он назвал меня в день нашей свадьбы.

Но я знала, что большие деньги и статус не терпели одного – предательства и грязи, выставленной на всеобщее обозрение.

— Либо я сделаю то, за что ты меня убьёшь. – выплюнула я, качнув головой.

После того ужина в Ла Нотта прошел месяц.

Мы ругались изо дня в день, я демонстративно переехала в гостевую спальню и сменила замки на её дверях.

Руджери, конечно, это не понравилось.

Сначала он угрожал содрать чертову дверь с петель, а потом приказал Марко переехать к нам, чтобы тот вел круглосуточное дежурство за мной.

Я наслаждалась происходящим с удовольствием садиста.

Наконец-то мне удалось привлечь внимание Фауста!

Он обивал пороги моей спальни, тщетно пытался завести разговор за завтраком, но на любое его слово у меня было всего два: хочу развестись.

На третьей неделе нашей войны Фауст вернулся домой под утро. Совершенно пьяный, он сел под моей дверью.

— Знаешь, я помню, как увидел тебя впервые. – я отложила пяльцы в сторону и прислушалась, готовясь к очередной порции словесной перепалки. – Ты много смеялась со своим тренером, хоть и проиграла ту игру Аурелии. Знаешь… – он мечтательно вздохнул, а улыбка сползла с моего лица. – Тебе будто всё было ни по чём. Ты не относилась к соревнованиям так, как Аурелия и меня это зацепило. – Фауст глухо рассмеялся за дверью. – Я никогда не умел проигрывать. Когда мой первый проект систем охранной сигнализации раскритиковали в пух и прах, у меня было всего два желания: прострелить головы аналитиков и инженерного отдела компании отца, а потом свою собственную. Тогда Адриано только позволил мне работать на семейный бизнес.