Онлайн книга «Бессонница»
|
— Нет, Рус... - женские кулаки ударили мне в грудь, а поцелуй приобрел солоноватый привкус. - Нет... Пожалу... — Хватит! - я смахнул тыльной стороной ладони кровь с нижней губы и, не раздумывая больше ни секунды, потянул в стороны полы тонкой рубашки. С треском разрываемой ткани вниз посыпались маленькие, прозрачные, как слезы, пуговицы. Каждый удар об пол как удар сердца. Одна. Другая... Третья и четвертая. Градом тахикардии. — Не смей! Нет! На плечи и грудь обрушилась новая серия ударов. Таких отчаянных и сильных, будто освободиться из моих объятий было жизненно важно. — Нет... Прошу, - с тихим стоном сорвалось с раскрасневшихся, зацелованных губ, и самоконтроль окончательно полетел псу под хвост. У Жанны даже шанса не было спастись. Распростертая на руле, перепуганная, горячая... чем сильнее она сопротивлялась, тем лишь дальше загоняла себя в ловушку. Все же это было какое-то проклятие! Ума не приложу: мое, ее или наше общее. Избегать друг друга, надеяться на появление третьей стороны, которая перетянет одеяло на себя, ругаться до звона в ушах и вот так, в один миг, дойти до точки кипения, после которой нет пути назад. — Поздно, - одним движением я буквально расплющил ее на своей груди и проник языком в рот. Все вокруг потеряло значение. Другие машины на трассе, неудобное кресло, боль в укушенной губе. Я хотел эту женщину. Хотел, несмотря на ее трусливое сопротивление и неподходящее место. Психу Вересову было далеко до меня! Всем психам этого мира было далеко. Затемненные стекла не могли полностью скрыть нас от посторонних глаз, но это уже не останавливало. Мой язык жадно насиловал рот Жанны, а руки скользили по телу, расстегивая застежки и пуговицы. Мне всего было мало. Упругой груди под пальцами, предательских стонов во время коротких перерывов, жара лона в паре сантиметров от члена. До одури нужно было оказаться внутри. До полной потери осточертевшего контроля. — Потерпи... Сейчас, - пообещал я на ухо своей уже не сопротивляющейся жертве и, просунув между нашими телами руку, скользнул под кружево белья. Подушечки коснулись нежной плоти, прошлись по горячему бугорку, толкнулись в уже влажный, готовый для меня вход... Не то и не так. Безумие! Хоть волком вой, настолько хотелось большего. Но напряженные женские плечи дрогнули, и Жанна вся, будто лопнувшая струна, измученно обмякла в моих объятиях. Ни просьб, ни стонов, ни страха в глазах. Красивая, открытая и настолько беззащитная, что нутро в узел скрутилось от этого неожиданного доверия. — Умница. Теперь все хорошо. Все в прошлом, - как мазохист, упиваясь собственной неудовлетворенной потребностью, я втянул в рот тугой сосок и вновь заскользил по бархатной плоти в развилке. Раз, другой, третий... то растягивая тесный вход двумя пальцами, то растирая бесценную влагу по чувствительным складочкам. Настойчиво и медленно. Подыхая от желания. Окончательно забывшись, Жанна повела бедрами вперед, насаживаясь. Вначале робко, словно все еще боялась. Потом смелее, позволяя мне протолкнуться глубже. Ведьма. Горячая, безумная ведьма-мучительница. Душу бы отдал за минуту внутри нее. Пил бы эти плавящие мозг стоны. Разложив на приборной панели, брал, пока мог дышать. За все дни, что сводила меня с ума своими причудами и бесконечными спорами. За закрытую дверь в ванную. За придурка, к которому спешила на свидание. За риск, из-за которого оказалась в этой глуши. |