Книга Заберу твою жену, страница 37 – Мария Коваленко

Глеб нагло задирает подол моего вечернего платья. Жадно оглаживает ягодицы. Скользит пальцами ниже... сразу под кружево белья. И, глядя мне в глаза, тянет трусы вниз.

— Ненавижу! И тебя, и всех вас... таких!

Кусаю мерзавца за губу. Не щадя. До крови.

— Давай. Покажи мне, как сильно умеешь ненавидеть.

Чудовище кладет мои руки на пряжку ремня. Позволяет самой расстегнуть ширинку и освободить тугой, тяжелый член.

— Миша именно этого от тебя и хотел.

Нужно остановиться. Нельзя вот так сильно хотеть незнакомого мужчину. Нельзя позволять ему пользоваться собой. У меня уже есть один «хозяин». Второй точно не нужен.

— Тогда не будем его разочаровывать.

Аристархов ловко раскатывает по стволу неизвестно откуда взявшийся презерватив и злым поцелуем глушит любое «нет».

Глава 22

Катя

— Глеб... – я хрипло стону ему в рот и больше не сопротивляюсь.

Сознательная часть меня бессовестно отключается. Остается только чувствующая – одурманенная адреналином, ароматом сильного мужского тела, сбитая с толку диким сходством с другим и чем-то еще.

Это что-то превращает тело в проводник. Я ощущаю дикое возбуждение Аристархова. Меня буквально сбивают с ног волны желания, которые исходят от этого мужчины. А внизу живота горячей воронкой закручивается жгучая потребность в большем... в самых интимных прикосновениях, в глубоких толчках и заполненности.

Первый!

Раз!

В жизни!

От такого открытия чуть не плачу.

Мне двадцать четыре. Больше четырех лет я мама. Пять лет замужем.

Успела стать идеальной женой. Освоила этикет бандитской подворотни и дипломатический протокол. Научилась разбираться в винах и коньяках, в сортах кофе и табака. Зазубрила имена всех нужных мужу чиновников, их жен, любовниц и клички собачек.

Чтобы выжить среди гиен, я превратилась в самую удобную жену на свете. Верную, послушную и незаметную.

За пять лет я выдрессировала себя терпеть оскорбления и секс. Ради сына я стала прилежной ученицей во всем. Но желание... животное, сексуальное, от которого дрожит все внутри... До этого момента я не знала, что это такое.

И в фантазии не представляла, что могу так сильно хотеть, так остро чувствовать и шизеть от движений требовательного языка во рту и прикосновения головки члена к чувствительной плоти.

Несмотря на долгую ночь с Германом и десятками ночей с мужем нутром, женским естеством я умудрилась остаться девственницей.

Траханной, но не любленной.

Опытной, но невинной.

— Открой глаза, девочка! – Аристархов подхватывает меня под ягодицы и поднимает на уровень своей талии.

— Не буду. – Зажмуриваюсь до рези в глазах.

Мне не нужен этот мужчина!

Сейчас я хочу видеть перед собой другого. Того, кого уже нет в живых.

— Быстро открыла! – Мерзавец снова впивается в губы.

Насилует мой рот своим языком. Вытягивает всю волю. Стирает мысли. Целует так зло и одержимо, что крыша с диким треском летит вниз.

— Пошел к черту! – Рычу как раненая зверушка.

— Давай, запоминай это лицо. Запоминай, кто тебя трахает.

Чудовище резко опускает меня на член. Проталкивает свою здоровенную штуковину так глубоко, что перехватывает дыхание.

— Стоп! Стоп... – умоляю я, цепляясь за широкие плечи. – Не так глубоко.

Пытаюсь сделать хоть один вдох и загибаюсь от сладких распирающих ощущений внизу.