Книга Я тобой переболею, страница 34 – Мария Коваленко

Мой любимый мужчина смеется — громко, искренне и расслабленно. А потом резко притягивает меня ближе и шепчет на ухо:

— Вот и живи в ней.

— Ты сейчас пошутил или серьезно? — боюсь спугнуть такое счастье.

— Тебе прописку в ней оформить? На бумаге.

Кажется, он не шутит.

— Можно… Хотя бы временную. Или на неопределённый срок.

Я прижимаюсь к нему ещё сильнее, запоминая этот голос, это тепло и это невозможное предложение.

— Тогда пусть это будет самая долгая временная прописка в истории. — Захар сбрасывает в сторону одеяло и дорожкой поцелуев спускается по моему телу ниже… туда где уже жарко, и дико не хватает одного фантастического мужчины.

Полина

Следующие три недели моя жизнь похожа на медовый месяц. Только не киношный, а самый настоящий. С запахом кофе по утрам, горячими объятиями и хриплым «Куда пошла?» вместо будильника.

Чтобы порадовать своего любимого мужчину, я учусь готовить. Пока Захар на работе, днями торчу на кухне с Варварой и изучаю его любимые рецепты — от правильного кофе до пирожков с вишней.

По вечерам мы встречаемся у ворот. Я выглядываю раньше, чем нужно, будто собака, которая слышит звук машины за километр. Срываюсь навстречу, когда он выходит из салона. Замечаю, как усталость на красивом лице сменяется счастьем. И целую, как последний раз в жизни.

Ночами… Они что-то особенное.

Иногда я просыпаюсь раньше Захара и просто лежу — слушаю его дыхание, изучаю изгибы сильного тела, думаю, за что мне всё это.

Иногда чувствую, как во сне он прижимает меня к себе. Шепчет на ухо что-то сонное и любит… медленно, осторожно, так что вместе улетаем от восторга и отключаемся до утра.

В выходные — мы тоже вместе. Словно не надышались друг другом в будни, в первые выходные не встаём с постели. Дипломатичная Варвара трижды в день приносит под нашу дверь подносы с едой и варит нам кофе. А Захар учит меня самому интимному, спит и целует.

Во вторые выходные вырываемся в город на шопинг. Для походов по магазинам мой заместитель мэра надевает тёмные очки и бейсболку. Натягивает на свои длинные ноги потертые джинсы — как у простых смертных. И повязывает вокруг шеи скучный серый шарф.

— Мне так нравится твой образ! — шепчу, пока он расплачивается за какое-то безумно дорогое пальто. — Уверена, если избиратели увидят тебя в этих джинсах, то сразу создадут целый фан-клуб.

— До выборов еще год. Пусть пока спят спокойно, — шепчет на ухо.

— Какой ты заботливый, — любуюсь им в отражении витрины.

— Еще один комплимент, и я уведу тебя в примерочную.

Ощущаю голодный взгляд на своей шее.

— А как же твое инкогнито? — Кажется, я готова первой бежать в эту примерочную. — Вдруг нас поймают?

— Тогда придется купить весь магазин.

Горячий взгляд спускается ниже, и я судорожно сжимаю колени.

Он всего лишь рядом. Мы у кассы, среди незнакомых людей. А я будто чувствую его в себе. Мы как одно целое — сплетенные, неразлучные и безумно счастливые.

После еще одной рабочей недели Захар огорошивает меня новостью, что мы уезжаем.

— В горы. На выходные! — Закидывает сумки в багажник машины. Приносит откуда-то лыжи и командует по телефону Кириллу, что он будет недоступен и все дела снова на нем.

* * *

Городок, куда мы прилетаем на маленьком частном самолете, как из сказки. Вокруг горы с заснеженными вершинами и тонкими, похожими на вены, линиями подъемников. Рядом извилистые улочки с отелями, ресторанами и магазинами. И сосны!