Книга Я тебя заберу, страница 36 – Мария Коваленко

* * *

В клинике все оказывается не так плохо, как я боялась. Вероника кое-как справляется с многочисленной родней, собравшейся под моим кабинетом. Перепуганная пациентка, захлебываясь от слез, умоляет спасти ее ребенка.

Однако осмотр и УЗИ подтверждают, что беременность протекает нормально. Кровотечение — обычная мазня, которая нередко случается на ранних сроках. А боли — нервное перенапряжение.

Закончив осмотр, с чистой совестью провожаю будущую мамочку в палату. Прошу медсестру принести успокоительное и спешу на выручку нашему администратору.

Как ни странно, после этого приема я чувствую себя лучше, чем дома и до болезни. На радостях задерживаюсь в ординаторской и не возражаю, когда Галина Михайловна подсаживается ко мне на диван.

— Говорят, ты истеричку Терехову откачала? — Наше главное средство массовой информации делает щедрый глоток капучино и довольно щурится. Как всегда. — Она тут с утра такое устроила... Другим врачам даже подойти к себе не позволила. Требовала тебя, да так настойчиво, что Кравцов лично готов был ехать.

— Да, только Коли мне не хватало для полного счастья.

— И не говори. — Галина Михайловна делает новый глоток. — Он всю прошлую неделю таким нервным был, что лучше лишний раз не встречаться.

— Очередная любовница дала от ворот поворот?

На самом деле мне неинтересно. Всё и так как на ладони. Других причин для волнения у Кравцова отродясь не было.

— Не-е, Верочка пока справляется. — Ординаторская наполняется громким смехом. — Второй учредитель бушевал, — отсмеявшись, сообщает Галина Михайловна.

— Шаталов?

— Как раз в твой последний день тут грандиозный шухер случился.

— Перед болезнью? — Со связками вроде бы все в порядке, но голос снова садится.

— Да! Он заставил охрану проверить все камеры клиники. Искали кого-то. Вначале по записям с наших камер. Потом у владельцев соседнего кафе попросили доступ к их записям. Ну а после вообще веселье началось. Этот Шаталов какую-то свою службу безопасности вызвал. Один орел в кадрах засел. Второй у охранников. А еще двое зачем-то в соседнюю школу пошли. Может, тоже за записями... — Галина Михайловна пожимает плечами.

— И как?.. Нашли, кого искали?

От размаха, с которым Марк занялся поиском Глеба, перехватывает дыхание. В целом ничего удивительного: Шаталов и раньше умел находить всех, кто ему нужен. Однако сейчас его цель не влюбленная девятнадцатилетняя дурочка, а родной сын.

— Не знаю. Пока они хозяйничали, мы и в коридор лишний раз старались не высовываться. Мало ли, на кого что роют.

— А потом... никаких слухов?

Я чувствую, как ступаю на зыбкую почву. Пальцы ног поджимаются в удобных рабочих лодочках. Но то, что произносит Галина Михайловна, оказывается настоящим оползнем.

— Слухов?.. Лиз, тут их столько было! Сочиняли кто во что горазд! И про сокращение, и про увольнение Савойского, и... — Она на мгновение замолкает. Потом, будто вспомнив что-то особенно важное, шепчет мне на ухо: — Я чуть не проворонила, как живчики нашего нового донора в дело пошли.

— Когда? — спрашиваю одними губами. Голос садится окончательно.

— Оказалось, давно уже. Его почти сразу приняли в программу. Ума не приложу, как он так быстро сумел пройти проверку.

— А... кому?

— Так это... — Галина Михайловна делает пару взмахов ресницами и резко меняется в лице. — Не знаю. — Тут же встает с дивана. — Заговорилась я с тобой. Работы непочатый край. Лучше пойду.