Книга Любимых не отпускают, страница 97 – Мария Коваленко

— Хорошая идея. Я согласую ее со своим агентом. — Трусь затылком о колючую щетину подбородка.

— Что-то мне подсказывает, Алла будет не против.

— А еще у моей дочки теперь целая музыкальная империя. С ней тоже нужно что-то решить.

— Твой новый управляющий справится. У него большая команда. — Лео легонько щиплет меня за ягодицу.

— А как же прежний? Ты собрался уйти на пенсию?

Поворачиваюсь к нему.

— О прежнем лучше забыть.

— Он у меня не-за-бы-ва-е-мый, — шепчу по слогам.

— Ева… — Лео внезапно садится.

— Мне не нравится твой серьезный вид. Вернись, пожалуйста, на подушку.

Я стягиваю с груди край одеяла и игриво сжимаю сосок.

— Бессердечная! — Рауде натягивает одеяло назад. Укрывает меня до самого подбородка.

— Этот разговор нельзя отложить? — На миг закрываю глаза.

— Прости. — Горячие губы прикасаются к моему лбу. — Я не думал, что все обернется именно так. Это был мой запасной план. Но теперь что-то менять уже поздно.

Я догадываюсь, о чем он расскажет. И все же не хочу в это верить.

— В газетах и интернете написали, что ты погиб. Это ведь ложь?

Тоже сажусь.

— Нет. У меня даже заключение о смерти есть, — невесело кивает Лео. — Цветное. С печатью.

— Тогда как же… — Придерживая одеяло, развожу одной рукой.

— Внуков погиб. Несчастный случай. Он не справился с управлением, чуть не сбил моего помощника. Чтобы его спасти, мне пришлось действовать быстро и идти на таран. В итоге Внуков улетел в глубокую расщелину. Пока спасатели смогли добраться до машины, он уже перестал дышать.

— Тебя могли обвинить в его смерти?

Пусть это и жестоко, однако мне плевать на подонка. Гораздо страшнее за Лео.

— Да. Но не только в этом. У Внукова оказалась страховка на случай форс-мажора. Через час после аварии программа на его компьютере сама отправила копии компромата по разным адресам. Среди них: суд, прокуратура, парочка новостных каналов и моя жена.

— Вот сволочь! Как он все предусмотрел?

— Мы думаем, что он включил программу, когда согласился встретиться со мной в своем доме.

Я раскрываю рот от шока.

— Впрочем… — Лео помогает мне его закрыть и продолжает: — Это уже не важно. Ирма умудрилась найти себе любовника, похожего на меня, и мы решили воспользоваться этим сходством. Мой местный помощник… тот самый, которого я спас, помог оформить все документы. Оля Власова раструбила на весь мир о моей кончине и даже сделала фотографии гроба. А Дима Штерн привез новые документы.

— Поэтому от тебя сутки не было никаких вестей. — Теперь все становится на свои места.

— Я очень хотел тебя предупредить. Планировал отправить кого-нибудь из своих людей. Или дать знать хотя бы Лаевскому. Но новости разошлись слишком быстро.

— Да. Репортеры приехали почти одновременно с твоим юристом.

— Если бы хоть одна живая душа узнала, что я жив, вся эта свора начала бы настоящую охоту. Они бы не остановились, пока не добрались до правды. А потом…

— Не говори.

— Не буду, — кивает Лео. — Я не хотел больше пропускать ни дня из жизни своих девочек. И сделал все, чтобы Леонас Рауде с его тайнами навсегда остался в Кальяри.

Лео

Три года спустя

— Какого черта здесь дети?! Уберите их сейчас же! Они меня чуть с ног не сбили! — щурясь сквозь очки с толстыми линзами, шипит брюнетка лет сорока.

— Дорогая, это дети Евы Лаврентьевой, — успокаивает ее высокий статный мужчина.