Книга Босс для булочки. (Не)Случайная встреча, страница 29 – Полли Уайт

Ловлю себя на том, что жду от нее едкой шутки, того самого огненного вызова. Но не нахожу. Она не та. Совсем не та.

— …и иногда кажется, что мужчины боятся сильных женщин, – заканчивает девчонка свою тираду, глядя на меня с наигранным пониманием.

Сильных женщин? Да ты понятия не имеешь, что это такое.

Сила – это когда ты одна с ребенком на руках и идешь по жизни, ломая стереотипы и каблуки, но не себя. Когда ты можешь поставить на место своего босса и влюбить его в себя, просто будучи самой собой.

Вера, решив, что я «созрел» наклоняется ко мне. Ее пухлые губы слишком близко. От нее пахнет дешевым парфюмом, фальшью и жаждой наживы.

— Может, просто забудем о ней? – шепчет.

И тут во мне что-то обрывается. Резко отталкиваю девчонку. На кукольном лице проявляется шок, затем обида. Но внутри меня нет ничего, кроме желания, чтобы на месте этой Веры была другая.

— Прости, – хриплю я, и голос срывается. – Я не могу. Она… она сейчас одна… мне нужно…

Не смотрю на нее. Разворачиваюсь и иду прочь. Ноги заплетаются, в глазах мутно. В каком мы там номере остановились? Мозг отказывается работать, но ноги сами несут меня по знакомому коридору.

— Эй! – Вера догоняет, на ее лице смесь злости и растерянности. – Ты вообще куда? Ты свой номер не помнишь?!

— К ней, – бормочу я, останавливаясь у знакомой двери. – Мне нужно к ней.

Чуть не падаю, мир перед глазами крутится. Вера смотрит на меня, качает головой, вздыхает. Затем стучит в дверь. Слышу ее приглушенный голос: «Ваш… коллега. Он вас искал. Забирайте!».

На пороге стоит Таня. В милом домашнем костюме. Ее лицо бледное, глаза красные. Она плакала? Из-за меня?

— Заходите, босс, – устало вздыхает.

Переступаю порог. Дверь закрывается, оставляя Веру и всех женщин мира где-то там. Останавливаюсь перед Таней, дышу тяжело, смотрю на ее губы.

— Таня, – хрипло шепчу ее имя. – Я… ты… все не так.

Шатаюсь, и она инстинктивно подхватывает меня, обнимая за талию. Таня кажется сейчас такой хрупкой и маленькой… теплой. От нее пахнет ромашковым чаем и домом.

Домом, которого у меня никогда не было.

— Вы пьяны, босс, – качает головой, но в ее голосе нет упрека. Лишь нежность, которая добивает меня окончательно.

— Да, черт возьми, пьян! – почти кричу я, прижимая Таню к себе. Мне невыносимо стыдно, но отпустить ее еще невыносимее. – Пьян от тебя. С самого начала. С той пощечины. Ты свела меня с ума, Цыпочкина! Своими формами, дерзостью, дурацкими каблуками… собой…

Я пытаюсь поймать ее взгляд.

— Ты не такая как все. Ты… настоящая. И я не знаю, что с этим делать. Не знаю, как тебя… любить…

Слово повисает в воздухе между нами, тяжелое и пугающее.

Таня смотрит на меня, и в ее глазах я вижу бурю. Гнев, боль, жалость. И…

— Ты пьян, Игнат, – повторяет, но уже тише. – Пьяные признания не считаются.

— Считаются, – рычу и впиваюсь в ее рот.

Таня не отталкивает. Она раскрывает мягкие пухлые губы, впуская меня. Нежно, терпеливо отвечает. И срывает мне крышу окончательно.

Это мое падение. Отчаянное, беспомощное. Признание в собственной слабости и ворохе страхов, которые я скрывал за вызывающим поведением и жесткостью. Я слаб. И Таня сейчас это чувствует…

Она стонет в мои губы, и я понимаю, что этой ночью не смогу остановиться. Тяну Таню к постели.