Книга Громов. Хозяин теней. 8, страница 71 – Екатерина Насута

Ага, только это временное — оно чаще всего постоянным оборачивается.

Но поворот, мягко говоря, неожиданный.

Да, я знаю, что Димка тварюгу контролирует, примерно как я теней. Но моих теней посторонним не видно, о них вообще, кажется, школу в известность не ставили. А вот костлявая тварь размером с теленка, она очень даже материальна.

И зубаста.

И опасна.

И вместо того, чтобы строго-настрого запретить, директор сам эту тварь в школу тащит. Он-то как может быть уверен, что Зевс не вырвется? Не сожрёт кого из учеников?

— Так это ж отлично! — Орлов подбросил нити вверх, и те повисли под крышей беседки. А вот поток тепла от них направился вниз и в стороны.

Хорошо-то как.

Интересно, а в комнате он сможет повторить? А то там, по ощущениям, ещё холоднее, чем на улице.

— Не знаю, — Демидов потёр подбородок. — Как-то оно странно.

— Да ладно, с вами и так никаких нервов не хватит, — Орлов выплетал из нитей сложную конструкцию. — Я уже на папенькиного камердинера с подозрением глядеть начинаю. Вот давеча просыпаюсь утречком. Я обычно ж поспать люблю, особенно, если день выходной. Тут же будто подорвало. За окном темень кромешная, а у меня сна ни в одном глазу. Ну встал, из комнаты выхожу. Просто подумал, что это с голодухи, что если поем, то опять усну. И решил на кухню прогуляться тихонечко. А тут он. Прям за дверью. И мол, чего изволите. И кланяется. Подозрительно же?

Демидов хмыкнул.

Серега рассмеялся, да и Елизар следом. А вот мы с Шуваловым переглянулись. Не знаю, как ему, а мне Анечка вспомнилась. И этого камердинера я бы точно проверил, с фига ли ему-то по ночам не спится?

— И главное, на кого не посмотри, все какими-то не такими кажутся. Неправильными, — продолжал Орлов. — А с другой стороны — милейшие же люди… кстати, вы знали, что у Георгия Константиновича брат был?

— Откуда?

— Младший. И погиб при экспроприации. Шёл по улице, а там эти… налетели на купцов. Бомбу кинули, стрелять начали. В него и попали. Прямо в голову. Он на месте вот и того…

Сердце ёкнуло.

У этих слов нехорошее послевкусие.

Тёмное. Будто внезапный привет из прошлого.

— Вдова осталась. Детишки малолетние. Георгий Константинович о них заботится. Вот… он прежде был против всего вот, что с революцией связано, а ныне и вовсе полагает, что всех, кто как-то связан, надобно на каторгу. А лучше сразу в казематы. Или вот повесить. Взгляды довольно радикальные, и он их не скрывает, — Орлов выпустил искру, которая, извиваясь огненной змейкой, полетела ввысь, утянув за собой всю конструкцию, которая развернулась, повторяя очертания крыши. Этакий купол получился, автономно-нагревательный. Шувалов вон вздохнул с облегчением, распрямился даже, а Орлов произнёс задумчиво. — У меня контроль намного лучше стал. И силы прибыло. Отец говорил, что работать надо, чтобы прибавлялось. А я думал, что работаю. Только, выходит, работа работе рознь. Георгий Константинович давно уже на место директора метит. Все знают, что у того со здоровьем не всё ладно, что, может, ещё год-два и сам в отставку подаст.

Слухи.

Сплетни.

Я сам о них просил, и к просьбе отнеслись серьёзно.

— Он давно уже часть дел на себя принял. И говорят, весьма дотошен.

В это я охотно верю. И Демидов кивает.

— Он с попечителями и договаривается, — это уже Шувалов. — С отцом обсуждал покупку оснащения. Отец, кстати, неплохо отзывался. Сказал, что человек на своём месте, хотя порой склонен перегибать палку.