Книга Восток. Запад. Цивилизация, страница 56 – Екатерина Насута

Берт принес табуреточку, на которую Эва и присела.

Снова захотелось спать, но она мужественно боролась с зевотой, поскольку и момент ответственный, и приличные барышни не зевают прилюдно. Только в конце концов все же зевнула. И поспешно отвернулась, прикрыв рот ладонью.

— Ты как? – Эдди смотрел хмуро. – Выглядишь бледной.

— А ты серым.

— Я всегда серый, – хмыкнул он.

— Сегодня особенно. Извини, это из-за нас с Тори.

И почему выходит так, что Эва, если подумать, не виновата, а виноватой себя ощущает? Очень и очень виноватой.

— Все получится. – Эдди встал так, что загородил собой всех. И отца, и Берта, и того, третьего, которому ну вот совершенно не стоило бы тут появляться. И тела на полу тоже стало почти не видно. – Надеюсь.

— Не уверен?

— Я слишком давно живу, чтобы утверждать что-либо наверняка, – сказал Эдди и вытащил дудочку. – Начнем? Я играю, а ты его ищешь.

Эва кивнула и закусила губу.

А потом закрыла глаза.

На сей раз музыка была резкой, будто не дудочка, но военный горн поет. Эва как-то раз слышала. И еще удивилась тому, до чего злой у него голос.

Сейчас такой же.

Трубил.

И туман, который на него отозвался, поднялся стеной, окончательно отделяя их от прочего мира. Эва закрыла глаза. Искать… как искать кого-то, если ты стоишь на месте?

Хотя…

Она сделала шаг.

И осталась внутри круга – та она, которая тело. А туман растекается, и выходит, что у них в подвале город.

Конечно!

Надо было имя спросить и… Неважно, она точно знает, где та потерявшаяся душа. Только успеть бы, добраться бы. В прошлый раз им с Тори хватило сделать шаг, но в этот все иначе.

И она запутается в городских улицах.

Нет, надо придумать что-то.

Что?

Рука нащупала в волосах перо. Надо же, а оно не потерялось там в прошлый раз. И… а почему нет? Если Эдди может обернуться вороном, то и у Эвы получится.

Надо просто поверить.

Кто бы знал, до чего это сложно – взять и поверить. В себя. И себе. Эва подпрыгнула, и за спиной хлопнули крылья – правда, не черные. И… из нее даже ворона не получилось.

А что вышло?

Что-то мелкое и суетливое. Но с крыльями. Если взлететь повыше, то город становится маленьким, а дом – он впереди. Эва чувствует его.

— Там. – Она говорит это, когда огромная тень накрывает ее. И надо бы испугаться, вороны опасны для мелких птах, но Эва не боится, только быстрее и быстрее бьет крылышками, пытаясь успеть.

Ворон держится над нею, и когда появляются тени, распугивает их хриплым карканьем.

Они вместе падают в дом.

Сквозь крышу, на которой вспыхивает пламя. Сквозь объятые им, призрачным, но таким горячим, стены. В подвал. Туда, где камень.

И тело.

И человек, над ним согнувшийся. Он что-то говорит, вычерчивая кровью знаки на лице того, почти убитого. Но дом скрипит, трясется, и человек, чертыхнувшись, отступает.

— Унеси его обратно, – приказывает он кому-то.

А сам…

— Не отвлекайся. – Голос ворона звучит мягко. – Этим путем не пройти. Там тьма. Душу ищи.

Искать не приходится. Она там. Над телом. Стоит, озираясь растерянно, и вовсе он не усатый, а совсем молодой, немногим старше Берта. И такой вот… что жаль даже.

— Держись. – Эдди падает на душу сверху.

Разве у воронов бывают когти?

У этого есть. Они подхватывают душу и тянут вверх. Эве остается лишь подняться за ними.