Книга Восток. Запад. Цивилизация, страница 68 – Екатерина Насута

— Значит, дороги есть?

— Дорог нет. – Эдди подвинул стул.

— Погодите, как такое возможно? Или вы… конечно, очередная безумная шутка.

— Да какая, на хрен, шутка. – Эдди развернул карту, которая обрывалась почти сразу за куцым хребтом. – У Орвуда спросите. Он их упокаивал, когда ехали в прошлый раз. А так… строить там дороги смысла нет. Пытались сперва. Но пустыня их утягивает. Вниз. Сколько ни клади камня, все заберет. Вот и придумали поезда, чтобы рельсы перед собою сразу выкладывали.

— Никогда не слышал.

— Вот. – Он ткнул в столешницу уже за пределами карты. – Тут опять горы. Кольцо. А в нем Город Мастеров.

— Это легенда! Вы еще скажите, что и мертвые… боже, до чего любят это слово совать везде… что мертвые города существуют!

Профессор раздраженно взмахнул руками и задел гору из книг. Та закачалась, но была остановлена рукой Эдди.

— Профессор, – сказал он с почти нежностью. – Вы, конечно, не поверите, но…

Глава 18,

в которой молодые дамы собираются учиться

Пять сундуков. Пять, мать его за ногу, сундуков. И еще кофр. Шляпные коробки, которые выносили по одной на вытянутых руках.

Шкатулки.

Корзинки.

И массивное нечто в человеческий рост.

— Бальное платье, – пояснила свекровь, глядя на это столпотворение с выражением премечтательным.

— Я учиться еду! – Возражать я уже не пыталась, только проводила взглядом это сооружение, обернутое папиросной бумагой розового цвета. – Зачем мне бальное платье в университете?

— Ах, дорогая, никогда нельзя знать наперед, когда тебе понадобится бальное платье.

Я поглядела на мужа.

Тот развел руками и, наклонившись, шепнул:

— Это я еще уговорил ее мебель оставить.

— Мебель?! Какую мебель?!

— Обыкновенную, – спокойно отозвалась свекровь. – В конце концов, это ведь дом общественного проживания! Сомневаюсь, что в нем осталась приличная мебель. Нет, я понимаю, что не все сразу, но… ковры я пришлю позже. И сервиз.

Уточнять про сервиз я на всякий случай не стала.

Пускай.

Главное, что отговаривать меня от учебы она не стала. И вообще, выглядела такой умиротворенной, что в душе шевельнулись нехорошие подозрения.

Правда, в чем именно следует подозревать мое свекровище, я не поняла.

— И напиши, дорогая, что еще понадобится! – воскликнула леди Диксон. – И не слушай своего мужа!

— Мама!

— Мужчины ничего не понимают в комфорте. Поэтому, если тебе понадобится подушечка… Кстати, подушки и перины! Ты не можешь спать на…

— Давай сбежим? – предложила я мужу, пока в нагрузку к бальному платью мне не всучили подушки, перины, простыни, пододеяльники и что там еще положено.

— И белье! Как я могла забыть! Я приеду. Завтра! Лично, Чарльз! И не думай, что ты…

Я закрыла глаза и сделала вдох.

Дышим.

И шоколадку, мужем протянутую, тоже берем. Шоколад, как оказалось, на диво благостно на меня воздействует. Вот интересно, Орвуды тоже прибудут с сундуками?

Угадала.

Их сундуков оказалось вдвое больше. И сундуки, и экипажи, и сами Орвуды стояли перед воротами. Что характерно, запертыми.

— И как это понимать? – поинтересовалась я, когда и наша карета остановилась. А ведь дорога продолжается за воротами.

Я вижу!

— Это правило такое, Милли. – Чарльз выбрался и подал мне руку. – Древнее. Некогда в университет уходили постигать высокое искусство магии. А для того оставляли мирское по другую сторону ворот. Вот и возникло правило, что войти сюда может человек лишь с теми вещами, которые лично пронесет.