Онлайн книга «Эльфийский бык 1»
|
Так-то оно так, но… допрашивать её как? — Представь просто, что с объектом беседуешь. Вежливо, — продолжил Мазин. — И молоко не выхлебай в одну харю! — И хлеба! — присоединился Ворон. — Я тоже хочу! Чего? Ты свою рожу довольную видел бы… Леший хмыкнул. И заговорил. И что-то даже получилось. Конечно, не совсем, чтобы допрос, но узнал он и вправду много. И чем больше узнавал, тем сильнее крепло желание вмешаться. Пойти и… Нельзя. — Знаешь… — раздался голос Ворона, мрачный донельзя. — Как думаешь, если я своему родственнику наводку дам… это будет серьезным нарушением режима? — Думаю, что мы доложимся Центру, — говорить такое было тошно до невозможности. — А там… поглядим. Он вытащил из кармана проволочку, поглядел на Даньку… ненадежно, конечно. — Давай меняться? Ты мне каплю крови, а я тебе колечко? Леший закрутил проволочку и, добавив силы, сорвал травинку, мешая одно с другом. Получилось не сказать, чтобы впечатляюще, все же он боевик, а не ювелир, но вроде ничего. — Ты заберешь мою душу? — уточнила Данька, с любопытством глядя на перемены. — Зачем мне? — Баба Нина говорит, что нечисть только спит и видит, чтобы душу забрать. И что мама забрала папину. А я тоже отродье… — Дура твоя баба Нина. — Вообще-то это не педагогично, — вставил Мазин. — Хотя… говорить такое ребенку… и вправду дура. — Не заберу. Мне нужна кровь, чтобы я мог тебя отыскать. Понимаешь? И колечко это… не снимай. А если вдруг помощь понадобится, просто разломи или раздави. И я услышу. Ниточка заклятья-сторожка, сокрытого в металле, разорвется. — Только, — Леший наклонился, глянув в Данькины глаза. — Это не шутка. Ясно. Она кивнула и протянула обиженно: — Я ж не маленькая. Понимаю! — Хорошо. Тогда меняемся? Данька доверчиво протянула руку и, когда Леший царапнул ладошку, спросила доверчиво: — А можно, я завтра опять приду? И как ей было отказать? Другой гость, которого Леший ожидал, появился позднее, когда на землю легли длинные тени. И шел он со стороны Подкозельска, особо не скрываясь. И тоже корзину держал. Леший сглотнул. Полтора литра молока ушло… да давно ушло. Что это на пять-то рыл. И хлеб тоже не задержался. И после этого вот молока с хлебом сухпаек в горло не лез никак. Душа просила чего-то этакого… давно позабытого. — Эй, служивый, — гость остановился под сенью леса. И голос его звучал глухо. — Покажись, коль гость… Леший поднялся. — Доброго дня хозяевам, — сказал он вежливо и даже поклонился. И получил ответный поклон. — Угостись вот, — из корзины появился круглый каравай хлеба. — Ежели не побрезгуешь. — Хлебом? Ни в жизни… И соль была. И хлеб этот, пусть и был вкусным, но все одно не таким, как тот, утрешний. Чего-то не хватало… но мысли эти Леший при себе оставил. Молча жевал кусок, отломанный от каравая. Хозяин леса тоже ел. Неспешно. И вспомнилось, что лесной народ обычаи старые знал и берег. — Стало быть, — сказал он. — Тебя благодарить надо, что детишек моих обидеть не позволил? — Случайно вышло. У нас тут свое… дело. Мешаться не будем. В глаза лезть тоже. Но… служба. — Служба, — эхом отозвался оборотень. — Служба — дело такое… важное. Что ж, ежели помощь какая нужна… — Нужна, — Леший почесал за ухом. — Этих… охотничков надобно на точку доставить. Может, сыщется транспорт какой? Чтоб не пешком… до Конюхов. А там их и встретят, честь по чести. |