Онлайн книга «Эльфийский бык 1»
|
Женщина лежала на траве, раскинув руки. И вот… вот… чтоб вас всех! Леший молча поднялся. — Твоя зверюга нас не тронет? — поинтересовался он на всякий случай, ибо корова перестала траву жевать, а голову повернула в сторону Лешего. И смотрела как-то недружелюбно. Совсем. — Нет. Она… мама… — Так, успокойся. Мама тут. Я тоже. Разберемся. Тебе задание. Отведи куда свою… корову… в стороночку. Я коров побаиваюсь. — Ты? — в Данькиных глазах мелькнуло удивление. — Она хорошая. Очень. — Верю. Леший распрямился. Ну не бросать же эту бедолжаную тут. Ладно, если обморок. Полежит и встанет. Но вдруг инсульт там или еще чего? Он, конечно, не великий целитель, но первую помощь оказать способен. Да и аптечка имеется. Главное, чтоб дышала… Дышала. Леший опустился на колени и прижал пальцы к шее. Сердце билось. Как-то слишком уж быстро… и что ей колоть? И можно ли? Или… Он взял за руку. Тонкая какая. Мало толще Данькиной. Кожа бледная, прозрачная почти. Под ней — синими лентами сосуды. Сама холодная, влажноватая. Но стоило коснуться, и пальцы дернулись. Это хорошо. Наверное. С Центром связаться? Помощи запросить? Они, конечно, потом впаяют за нарушение режима… ну и хрен с ним. Переживет. Даже если уволят, все одно переживет. — Эй, вы меня слышите? — Леший прижался ухом к груди, потому как пульс стал совсем слабым. Сердце билось и опять же, неправильно. — Сейчас… к дому… там врача… Ресницы дрогнули. Ну и глазищи у нее! Синющие, яркие, как… как не понять, что именно. Леший таких ярких не видывал. — Вы… кто… — она очнулась как-то сразу и вдруг, и попыталась отпрянуть, но рухнула на траву. — Леха… можно, Леший, — сказал Леший и придержал, а то еще бежать решит. Куда ей в таком состоянии бегать-то? — Не бойтесь, я не причиню вреда. Честно. Силой клянусь. — Силой? — она сглотнула и… Вот он бестолочь! Ну конечно! — Силой, — Леший отпустил женщину и вытянул обе руки. Выпустил каплю силы. — У меня огонь. Сгодится? Кивок. И взгляд все одно настороженный. Ей и хочется взять, и страшно. Хотя, конечно, видок у него еще тот… — У тебя истощение? Много потратила? Снова кивок. — Бери. — Я… Рука её поднялась. И дрожит-то как… — Бери, не стесняйся. Чего-чего, а силы у меня много, — Леший раздул огоньки. — Не жалко… — Не… жалко? Ну хоть что-то говорит. — Мама? — Данька упала на траву рядом с женщиной и обняла. — Это Леший. Он хороший. Он… — Даня… — Бери уже, а то до заката тут проторчим, — проворчал Леший, и она все же решилась. Вот о чем думала-то? Сила уходила в тощее это тело, что вода в песок. И главное, стоило коснуться кожи, как сама потекла. А у Лешего ж огонь. Дикий. Он с ним порой и сам с трудом справляется. Тут же ж… и текла, и текла. И когда женщина попыталась руку убрать, Леший пальцы её перехватил. — Не дури, — сказал он строго. — Я через час-другой восстановлюсь. А ты вон досуха себя выжала. Как на ногах-то держишься. Вздох. И пальцы в руке дрожат-дрожат. А синева в глазах тает. Только Леший теперь знает, что она есть, такая вот, яркая и ни на что не похожая. — Я… могу… и до дна, — предупредила женщина. — Подавишься, — хмыкнул Леший. — Ты вообще чем думала? У тебя ж истощение и давнее. Я, может, не целитель, но и не дурак. Чую… вижу. Ну, ты поняла. Кивок. И взгляд отвела. |