Книга Эльфийский сыр, страница 170 – Екатерина Насута

Более того, Аэна знает, что он, этот совершенно незнакомый нечеловек, точно ее не обидит.

— Доброго вечера. – Эо сидел скрестив ноги. – Вы из гостей?

— Разве что незваных…

Аэна убрала дудочку.

— Играете хорошо. Грустно только. Помощь нужна?

Аэна собиралась ответить, но брат перебил.

— Нужна, – сказал он просто. – Я умираю. А она остается одна. Ей нельзя одной.

— Нет. – Аэна замотала головой. – Я…

— Эти, – Эо качнул головой в сторону дома, – поманили ее надеждой. Но уже обманули. Так что будут обманывать и дальше. Я в конечном итоге все равно умру. Только как бы не позже ее… мне не нравится это место. Нехорошее оно.

— Нехорошее, – согласился парень. И руку протянул. – Идем. Отведу в другое… тут недалече, если знать дорогу. Врачей и надежды не обещаю, но слово даю, что никто-то там ни тебя, ни ее вон не обидит.

И Аэна поверила.

Но это с ней часто случалось. Она всегда верила людям.

— И хорошо.

— Вещи какие-то забрать хочешь?

— Скрипку. – Аэна сумела заговорить, хоть сердце и дернулось. – Там моя скрипка… ее папа делал. Для мамы.

Еще, наверное, деньги взять надо.

Документы.

Какие-то… всегда и во всем были какие-то документы, но Эо понимал в них лучше.

— Я сам.

Эо встал.

И велел:

— Жди.

И ушел. Она с детства ненавидела, когда он уходил, потому что терялась, пугалась и чувствовала себя одинокой. Ей начинало казаться, что Эо никогда-то не вернется. Нет, Аэна не глупая, понимала все, но… но понимать – одно, а принимать – другое.

Тогда она и начала играть.

На дудочке, которую оставил Эо. С музыкой ждать было легче. А потом музыки стало больше.

— Стас, – сказал парень. – Ты не бойся. Я не обижу.

— Я не боюсь. – Аэна поняла, что и вправду не боится. И что волнения нет. То есть она, конечно, переживает за брата. И ждет возвращения. И хочет пойти за ним, но не так, как раньше, до онемевших ног и боли под сердцем. – Аэна.

— Красивое имя…

— От мамы. А брат – Эо.

— У меня тоже братья есть. Серега, Семен и Степан. Хорошие… я тебя с ними познакомлю.

— Я… буду рада. Наверное. Не знаю. Мне сложно с людьми разговаривать.

И в глаза смотреть, но с ним, со Стасом, наоборот все. Хотелось смотреть. И рассматривать. И даже получилось улыбнуться в ответ на его улыбку.

А еще страх, мучивший весь последний год, отступил.

Быть может…

Быть может, шанс все-таки есть? Хотя бы крохотный. Правда, Аэна не могла сформулировать, на что шанс. Но она поймет. Она вовсе не глупая.

Просто… немного другая.

— Вот. – Эо слегка запыхался. В руках он держал футляр со скрипкой и сумку. – Вещи собирать я не стал… Там, к слову, как-то… пусто, что ли? Ни слуг, ни вообще людей. Чувство такое, будто дом взял и вымер. Куда все подевались?

Аэна не знала.

А Стас вот ответил:

— Уехали. Сперва гости разошлись, а потом и Офелия…

Нехорошая женщина.

Злая.

И с Аэной разговаривала так, будто ненавидела ее. Но почему – не понять. Они ведь даже знакомы не были. Прежде.

— За самого Свириденко не скажу, но думаю, что тоже убрался. Может, в Петербург свой, может, еще куда. Неважно. Идем?

И Аэна решилась.

Коснулась теплых пальцев, таких огромных, но ничуть не страшных. Кивнула и сказала:

— Идем…

Если шанс есть, то им надо пользоваться.

Кажется, так делают нормальные люди.

Невида тихонько отложила гитару и поднялась. Теперь, когда музыка смолкла, шепот воды стал почти невыносим. И зов ее стучал в висках. Противостоять ему не было никаких сил.