Онлайн книга «Эльфийский апокалипсис»
|
— Чего? За руль Глашка села сама. — Звонари. Колокольщики… — В каком смысле? — Да в прямом! Я откуда знаю?! Сначала они. Потом хор семинаристов… Сознание само собой прояснилось, а машина тронулась раньше, чем Фанька успел испугаться. — А они мой репертуар слышали? А то ведь неудобно получится, там местами нецензурно. — Какая разница? — Как какая? Там же звонари, семинаристы. Может, это какая-то религиозная ярмарка… А у меня рэп. — Слушай, Фаня, не канифоль мне мозги! Рэп, хрэп… Нам заплатили, чтоб ты морду свою народу явил? Заплатили. А что там да как, пусть сами думают. С Глашкой порой было сложно. Возникало иногда ощущение, что она его категорически не понимает. — Ага… а потом штраф выпишут за оскорбление чувств или чего там. Это Глашка уже поняла. Она вообще все, что касалось штрафов, понимала преотлично. — В кои-то веки башкой стал пользоваться… Тогда подбери им что-нибудь цензурное. А лучше новое… да, определенно, лучше новое. Надо будет хорошо подумать. В конце концов, интерес к рэпу падает, надо искать, – она щелкнула пальцами, – что-нибудь такое… Сообрази им патриотический рэп! — Чего?! – Афанасий окончательно протрезвел от такой неожиданной идеи. — Того! – рявкнула Глашка, притапливая педаль газа, и сердце ухнуло, заходясь в обычном ужасе. – Время есть, пока долетим, то да се. Патриотический рэп – это будет модно и в тренде! В духе нынешних тенденций… и про семейные ценности обязательно! Рэпер Шайба на защите… Фаня прикрыл глаза. Иногда ему казалось, что сестра жила в другом, параллельном мире. А может… может, в той аварии ее подменили? Она одна почти не пострадала. И авария странная. Отец отлично водил, с чего бы ему на встречку вылетать? — …это будет хайпово! А не так давно Фаня передачу одну посмотрел, несерьезную, конечно… Покосился на сестру, потом мотнул головой. Нет, ну какой из нее рептилоид? Фигня это все. И бред. Но почему-то мысль не отпускала. Что, если они и вправду между людей? Павел Кошкин не сразу догнал женщину, которая держалась совсем не так, как должна бы держаться спасенная от страшной опасности. Во всяком случае, автомат она несла уверенно, да и выглядела так, словно в помощи не нуждалась. — Погоди ты… – сказал он, когда женщина сделала попытку нырнуть в чащу леса. – Да погодите же… Только и успел, что парой слов перекинуться и телефон на другой сменить, со спецлинией. Нет, у него тоже спецлиния, но эта какая-то совсем спец. Ее и глушилка брать не должна бы. А Василиса убежала. — А ты поторопись! У меня, между прочим, дети дома одни остались. Мысль о том, что у нее имеются дети, была… странной, хотя она и раньше говорила про девочек. Но сказанное проходило словно бы мимо, а теперь дошло. И стало обидно. — Маленькие? — К сожалению, уже нет. – Василиса придерживала автомат рукой. — Давайте я понесу! – оживился Павел. – Я в детстве девочкам всегда портфели домой носил. — А теперь вырос и на автоматы перешел. – Василиса смерила его внимательным взглядом, будто подозревая, что тогда, в глубоком детстве, он портфели не доносил, но себе присваивал, что сейчас повторит и с автоматом. — Так портфеля у тебя не вижу. А так бы донес. И вообще, что есть, то и несу. Главное, чтоб домой. – Павел поморщился, потому как зуб снова дал о себе знать. – А почему «к сожалению»? |