Онлайн книга «Наставник»
|
— Кто? – продолжила допрос Ица, кажется, не особо смутившись. — Дитя, ты принадлежишь мне. Я заплатил за тебя и… — Нет, - она коснулась шеи. – Не ты. Никто. Я не принадлежать никто. Тварь оскалилась, демонстрируя внушительные клыки. С обоими… А с нею? У Михи не отобрали оружие, и рука сама легла на рукоять меча. — Алеф! – окрик Миары разорвал напряженную тишину. – Что ты с ним сотворил, скотина?! Щека Алефа дернулась. И он обернулся в сторону Миары, которая, склонившись над телом, что-то пристально разглядывала. — Что это за… Она не договорила, но просто выбросила руку в сторону. Резкое. Нервное движение. Растопыренные пальцы. И клубок живой тьмы, что, сорвавшись с них, полетел в Алефа. А следом, со второй руки, измазанной в крови и гное, сорвался второй. Колючий. И Миха, скользнув в сторону, вытащил клинок. Может, с двумя он и не справится, но вот химера, получив пинок в бок, кувыркнулась. Рев её оглушил. А сама она, перекатившись через спину, вскочила на ноги. Суставчатый хвост хлестанул плетью, и острие жала скользнуло по груди, вспоров кожаную куртку. Яд пах лилиями. Миха рубанул по хвосту, ничуть не удивившись, что клинок просто соскользнул с гладкого хитина. И хвост дернулся, взмыл суставчатой змеей, а запах стал сильнее. Этот запах раздражал. Вызывал ярость. И тело отозвалось на неё, привычно покрываясь плотной чешуей. Ирграм точно знал, когда все началось. Вот Миара выбросила сгусток первозданной тьмы. Где только взяла? А следом и иглы Ашура полетели, но лишь затем, чтобы увязнуть в щите Алефа. — Зря ты, - сухо сказал он, вскидывая руку. И бледное запястье прорезали черные нити. Он что… Он нарушил запрет? Основа основ Кодекса. Хотя… остались ли там, в Городе, хоть какие основы. Как… Ирграм встряхнулся. Не время. Потом. Надо ближе. Грозный рев голема заставил замереть. На долю мгновенья. Но тварь пыталась достать того то ли охранника, то ли наемника. А главное, что у неё не выходило. В руках Алефа медленно распускался черный цветок. Лилия Шабры. Это… Запрещено. Невозможно. И… и все-таки… черные нити поползли по шее мага, скрывая такое белое горло. Ирграм сделал шаг ближе. Еще ближе… Шатер наполнился ароматом цветочного дурмана. И стало быть, времени немного. Яд сперва вызовет всплеск ярости, а затем подарит забвение. Сколько у него есть? Удар сердца, чтобы оказаться за спиной девочки, которая замерла, вперившись в Алефа взглядом. И губы её шевелятся, но ни слова не произнесено вслух. Два. И он встает перед той, что нужна и жрецу, и магу, заслоняя его от господина. Три. Губы задираются, и клыки давят на нижнюю. Слюны слишком много. Она течет ручейками, и кажется, выглядит Ирграм довольно жалко. Четыре. Рассыпается прахом первозданная тьма и громко, протяжно кричит Миара. Какие женщины громкие. Чересчур. Не важно. Черная лилия оборачивается прахом, и к яду примешивается та самая запретная тьма, которая наполняет шатер. Но странное дело, она не пугает. Напротив. Она воспринимается чем-то донельзя родным. Близким. Потерянным и обретенным. Эта тьма унимает страх. И подгоняет сердце. Эта тьма заставляет сглотнуть слюну, а потом та уходит. И чувства обостряются. Визг голема смешивается с хрипом магички, которая опускается на пол, сжимая горло руками. Она пытается устоять на ногах, но дар Древних разъедает и щиты, и амулеты. |