Книга Наставник, страница 47 – Екатерина Насута

А что еще сказать-то? И надо ли? В этом курятнике, цветастом и благоухающем, чересчур уж благоухающем, аж в носу засвербело, Миха чувствовал себя редким экспонатом.

Или редким идиотом?

Его разглядывали.

Улыбались.

Кивали. Переглядывались. Перешептывались. Порой дамы касались друг друга, привлекая внимания. Трепетали ресницы, и за всем этим трепетанием с перешептываниями вкупе чуялась опасность. Неясная. Зыбкая. Как трясина под моховым ковром.

— Позвольте представить, дорогая Алисия, - баронесса взяла под руку девицу в бледно-голубом платье, украшенном серебряным шитьем. – Это наставник моего сына. Великий воин, которого отыскал мой дорогой супруг. Пусть боги примут душу его в свои чертоги.

— Ваш брат и мой муж тоже великий воин, - произнесла леди Алисия. И от тона её прямо-таки похолодало. А от взгляда Миха поежился.

Какая искренняя незамутненная ненависть.

И ведь они даже не знакомы!

— Поверьте, я знаю, - а вот баронессе ситуация доставляет откровенную радость. – И я не единожды говорила, что буду счастлива, если мой брат найдет время и силы, чтобы обучить моего сына. Но вы же знаете мужчин. Порой они бывают так упрямы.

И притворный вздох.

В руке раскрывается лопасть белоснежного веера, который дрожит, что крыло чайки. А заодно уж прикрывает губы баронессы. И усмешку на них.

— Это верно, - леди Алисия молода. – Нельзя так говорить, но упрямство вашего мужа поставила нас в до крайности неловкую ситуацию.

Сколько ей?

Восемнадцать? Двадцать? Вряд ли многим больше.

И хороша.

Высокая. Статная. С грудью размера третьего, если не четвертого. На груди возлежит ожерелье из темно-синих камней, на пальцах поблескивают перстни. А вот голову украшает не колпак, но какое-то сложное сооружение из сетки, ткани и тех же камушков.

— Тем более этот ваш воин вовсе не выглядит великим, - заметила леди Алисия и губы поджала.

— Это из-за болезни, - баронесса подхватила родственницу под руку. – Он победил в схватке драгра, однако был ранен. И яд твари отравил плоть.

Странно вот так.

Сидишь, слушаешь, а тебя обсуждают, причем так, будто бы тебя тут вовсе нет. Интересно, зачем баронесса эту девицу притащила? Хотя… Михе показать?

Или Миху показать?

И то, и другое сразу?

— Звучит неправдоподобно. Мой муж говорит, что человеку не под силу победить мертвую тварь, - уверенно произнесла леди Алисия и подхватила юбки. – Впрочем, думаю, когда ваш… гость поправится, муж его вызовет. И убьет.

Незамутненная глупость.

Впору восхититься.

— И тогда все увидят, что этот оборванец – врет.

Миха фыркнул.

— А еще он на меня смотрел! – возмутилась леди Алисия. – Нагло!

— Так есть на что, - не удержался Миха.

И тут же язык прикусил.

Вот и зачем дразнить было? Она ведь точно мужу нажалуется. С другой стороны, она бы и так нажаловалась. А если бы вдруг и промолчала, нашелся бы иной повод.

Миха вздохнул.

Надо было как-то побыстрее поправляться, что ли? А то ведь и вправду пришибут да не заметят. И останется тогда этот гребаный мир неулучшенным. И не важно, что Миха пока не придумал, что именно улучшать. Когда-нибудь, но забредет и в его голову гениальная идея.

Если будет, куда забредать.

Дамы удалились, оставив после себя душное облако ароматов, но ветер разнес их и снова умиротворяюще запахло навозом. Миха сделал глубокий вдох.