Онлайн книга «Адаптация»
|
– А ты Глеб. Я знаю. Вот, – она протягивает фотографию Натальи. Такой у Глеба нету. У него вообще снимков мало осталось. – Я подумала, что тебе это будет надо. – Спасибо. – Пожалуйста. Она мне не нравилась. Зануда. Вот честно, зануда! – Ева поднимает пустую банку и отправляет в открытое окно. – А ты другой. Я тебя вчера в новостях видела. И сразу вспомнила. Ты не обижаешься за то, что я на похоронах так? На Еву невозможно обижаться. – Прости, – просит она, глядя снизу вверх. Глеб прощает и то, что было, и то, что еще будет. – Ты просто прелесть! А братик мой – зануда. Наверное, это общая беда – занудные родственнички. Чаем угостишь? Правда, торт я на этот раз не принесла. Как-то подумалось, что не в тему. – У меня сушки есть, – отвечает Глеб и мысленно клянет себя еще и за тот бардак, который на кухне. – Ты тут посиди, ладно? Я сейчас! Ева кивает. Ева стаскивает с дивана покрывало, складывает вдвое и кладет на пол. Садится, скрестив ноги, и предлагает: – Будем пить чай по-восточному. Скажи, а тебе не жаль людей было? – К-каких? – Тех, которые при взрыве погибли. – Жаль. Она не знает! Никто не может знать наверняка, кроме своих. Да и там не каждому верят. Доказать надо преданность. Глеб доказал. Глеб сделал все правильно и сейчас сделает. Чайник закипает быстро. Теткины фарфоровые кружки выглядят убого, но всяко лучше граненых стаканов. Правда, кружек осталось лишь три, да и то одна надколотая по ободку. Щепоть заварки. Кипяток. Сахар в банке. Черт, а пересыпать-то некуда. Ладно, сойдет. Сушки в пакете. И все добро на поднос. Только бы Ева не ушла. Она не ушла. Сидя на прежнем месте, она вертела Глебову саблю. – Я взяла. Как будто Глеб не видит, что взяла. – Интересно стало. Не дуйся. А чай ставь. И садись. Пить будем. Разговаривать будем. И думать. – О чем? У Глеба получилось поставить поднос, не расплескав чай. Сам он не сел – упал, кое-как подобрав ноги. Неудобно. И чем ее стол не устроил? Он ведь даже почти чистый. Ева уронила саблю: – Подделка. – Я знаю. – Какой в этом смысл? В том, чтобы иметь дело с ненастоящими вещами? Она взяла чашку обеими руками. – Горячая! Осторожно! Она подняла, подула и отхлебнула кипятку. Ненормальная! Все они, бессмертные, ненормальные. Или понтуются. – Или с чужими идеями? Они ведь тоже подделки зачастую. Не понимаешь? Вы думаете, что вы такие умные и вычислить вас невозможно? – Ты о чем? Ева переставила чашку на ладонь левой руки, палец правой выводил на лезвии сабли узоры. – О взрыве. И ты меня прекрасно понимаешь. – Я не… – Сегодня одна бомба. Завтра вторая. Послезавтра третья. Чего вы добиваетесь? Или правильнее сказать будет: чего ты добиваешься? Пей чаёк. И Глеб послушно выпил, всю чашку одним глотком. – Горячо, правда? А будет еще горячее, если вы не прекратите. СБ идет вам навстречу, но лишь потому, что в данном конкретном случае это возможно. При повторении инцидента, разговор будет другим. Глеб дышал, пытаясь остудить обожженный рот. А девочка с голубыми волосами гладила клинок, как кошку. – О… об андроидах волнуешься? – голос вышел сиплым. – О людях. О мире. Все мы хотим мира, правда? – Его нету! Есть война! Есть противостояние, которого… – Которое придумали для таких дурачков как ты, – Ева взяла сушку и, разломав в ладони, отправила кусок в рот. – Твою сестрицу убил не дроид, а ее собственный эксперимент. И еще самоуверенность. Она так спешила быть умнее всех, что просто голову потеряла от осознания собственной гениальности. К слову, она тебе ничего не присылала? |