Книга Ты всё равно станешь моей, страница 3 – Злата Соккол

— Прошу прощения!

Мигом возвращаюсь обратно к барной стойке и ставлю на неё сладкое пойло с кофейным привкусом.

— Что? — не глядя на меня, с едва заметным раздражением спрашивает парень.

От такого обращения у меня окончательно срывает резьбу, и я уже не могу удержать эмоции под контролем.

— Прошу прощения, но это не карамельный макиато и не кофе вообще, — чеканю я.

— А что это тогда?

Приподняв бровь в холодном вопросе, парень вцепляется в меня недобрым взглядом. И пусть он выглядит весьма сурово, меня ему не напугать!

— Не знаю что, но точно не то, что я заказала. Это... Невозможно пить! Верните мне деньги, пожалуйста, или переделайте заказ.

Парень не отвечает, лишь колко усмехается. Склонив голову на бок, придирчиво скользит по мне взглядом, и усмешка на его губах становится острее...

— Это у тебя такой способ кадрить парней, пустышка? — презрительно фыркает он.

Эти слова ударяют так хлестко, что я теряюсь.

— Ч-что?.. - ошарашенно хлопаю глазами.

— Или решила себя крутой почувствовать? — продолжает он как ни в чем не бывало. — Где ж ещё простолюдинам из нищебродских слоев общества можно права покачать, а?

— Да ты... Что ты несёшь вообще! — возмущаюсь я, не веря своим ушам — вот это хамство! — Как можно так с клиентами разговаривать?! Да и не только с клиентами... Ты сам попробуй эту гадость! - Реально решила, что я пробовать после тебя что-то стану? — фыркает парень. — Чтобы заразу какую-нибудь подхватить?

У меня аж перед глазами белеет от ярости. Одним движением отшвыриваю стакан так, что он летит за стойку прямо в сторону этого хама. Падает на пол и крупными брызгами пачкает ему униформу.

Слышу, как все вокруг прекращают свою болтовню и теперь ошалело следят за развернувшейся перед ними сценой. Господи, хоть бы на видео никто не стал снимать...

— Ну ты и дрянь, — холодно цедит Ермолов, отступая подальше от растекающейся на полу лужи. — Овца нищебродская. Кем ты себя возомнила вообще?.. — А ты себя кем возомнил?! Что-то на богача ты не очень похож! — рявкаю я, а потом обращаю внимание на его запястье. На секунду теряю дар речи — не те ли это часы о которых всё брат Люськи мечтает, утверждая, что они по цене двух яхт?.. Да нет, быть того не может. — Уверена? — усмешка на лице Ермолова заставляет меня окончательно растеряться. — Можете не возвращать деньги, — бросаю я. — Но красочный отзыв оставлю вам обязательно! — Только попробуй, — таким ледяным тоном цедит парень, что у меня внутри все сжимается. Его взгляд почти режет меня. — Ещё как попробую! Развернувшись, направляюсь к нашему с Люськой столику, собирая забрать вещи и уйти отсюда побыстрее. Вот только не успеваю и двух шагов сделать, когда меня крепко ухватывают за локоть и разворачивают к себе...

— Что ты?..

Осекаюсь. Внутри всё обрывается и падает, когда ясные зеленые глаза, сверкающие яростью оказываются прямо передо мной.

Этот...Рома Ермолов нависает надо мной мощной скалой, вытесняя весь мир вокруг. Такое неправильно близкое расстояние между нами с ним окончательно отшибает способность нормально думать. К моему ужасу чувствую не ответную ярость и даже не возмущение, а просто... Меня ведёт. Кожа словно плавится под его крепкими пальцами... И когда терпкий запах одеклона ударяет в ноздри, неожиданно для себя делаю жадный вдох.