Онлайн книга «Следы на стекле»
|
А ещё… пыталась разглядеть отражение в последнем, самом мутном его фрагменте. * * * В понедельник я наконец-то увидела Алекса. Они с Тёмой явились ко второму уроку, получили выговор от нашей классной и предоставили одну на двоих справку, написанную собственной (не сомневаюсь, что это сделал Алекс) рукой. В справке было сказано, что у первого «расстройство внутреннего ребёнка», а у второго «абсцесс совести» и «крах левостороннего подреберья», или как-то наоборот (расстройство подреберья и крах ребёнка, а, может, абсцесс ребёнка и крах совести…) В общем, в итоге Вера Васильевна пообещала, что пригласит и тех, и других родителей к директору и вынесет свой собственный «диагноз». * * * Непогода за стеклом окрашивает бледно-голубые, без того не способствующие аппетиту стены школьной столовки во все оттенки скорби. И даже надрывного света потолочных ламп не хватает, чтобы хоть немного разогнать мрак. И оттого так неестественно и чужеродно выглядит весёлый калейдоскоп младшеклассников у линии раздачи. Все эти цветастые рюкзачки, брелочки, пайетки, резиночки… И весёлый смех, как признак беззаботности и веры в чудо… А я тоже верю! Пусть по мне это и не особо заметно. Я сама сделаю себе «чудо»! И если уж на этот раз у меня ничего не выйдет… Мои мысли обрываются с приходом тех, кого я жду. Вскакиваю с места, спешу занять очередь. Мне не нужны булки с мармеладом и чай, мне нужен лишь единственный разговор с одним человеком. — Эй, мелюзга, разойдись! — высокая блондинка разгоняет малышню и вместе с подругами втискивается в начало очереди. Мне приходится тоже влезть в толпу. — Эй, ну вы чё, совсем уже! — возмущаются дети. — Вообще-то, здесь занято! Кто-то дёргает меня за рукав. Пытаюсь не реагировать, пробираюсь сквозь рюкзачки и успеваю схватиться за стакан с чаем за долю секунды до того, как по нему царапает длинный ноготок со стразами. — Что за… Ты куда лезешь?! — громко возмущается Наташа, но разглядев, кто перед ней, на миг столбенеет. — Ты?! Это что за выходки, подруга?! Ты ничего не попутала? Здесь стою я! — Да не ори ты! — обрываю я, поглядывая, как бы нас не услышали её приспешницы. К счастью, им обеим пока приходится сражаться с возмущёнными уже их наглостью малолетками, и вокруг стоит такой гвалт, что до нас никому нет дела. Единственная, кто нас прерывает, это повариха, ожидающая от меня ответа по поводу первого. — Ну, так что, щи берём?! — Нет, спасибо, — отказываюсь я. И тут же переключаюсь на Наташу: — Разговор есть. Отойдём в сторонку?! — Что? Какой ещё разговор? Я что, должна, по-твоему, без обеда остаться? Быстро сгребаю на свой поднос всё, что под руку попадается: вырываю у обалдевшей поварихи суп, ставлю чай, сверху булку и что-то ещё, забрасываю всё это собранными в охапку столовыми приборами. — Вот твой обед, я заплачу. Ты мне нужна буквально на пару минут, это касается Артёма. Я нарочно упоминаю его имя, зная, что это сработает безотказно, как заклинание, и Наташа, хоть и постарается выглядеть так, словно делает мне одолжение, побежит на этот разговор едва ли не вперёд меня. Так и выходит — уже через пару минут мы остаёмся один на один у тёмного спуска в подвал, куда редко кто заглядывает. — Я решила подружиться, — нервно усмехаюсь я. — Как ты на это смотришь? |