Книга Напиши меня для себя, страница 101 – Тилли Коул

— Ты должна была жить, — прошептала я. — Ты побеждала, Эм. Ты стремительно шла к ремиссии.

Крис сел с другой стороны кровати, держа ее за другую руку, а Джесси устроился позади меня. Он положил ладонь ей на ногу, и мы все держались за нее, так же, как держались друг за друга с самого первого дня здесь.

Мы сидели в тишине какое-то время, а потом заговорил Крис.

— Ты мой лучший друг, Эм, — сказал он ломающимся голосом. — Кто теперь будет подкалывать меня? Кто будет отвечать на мой сарказм так, как умела только ты? — Он подавился словами, а потом поцеловал ее руку. — Мы ведь собирались вместе поступать в колледж. — Он кивнул головой на меня и Джесси. — Стать соперниками этой парочки из Техасского университета.

Я пыталась засмеяться, но смех тут же перешел в рыдания.

— Не представляю, как я переживу все это без тебя, — Крис опустил голову, и его плечи задрожали.

— Я буду скучать по тебе, Эм. — произнес Джесси. — Все не должно было закончиться вот так. Это неправильно. — Я повернулась к нему и увидела слезы, катившиеся по щекам. Я прижалась к нему и расплакалась на его груди.

Крепко держа Эмму за руку, я заговорила:

— Я буду скучать по тебе, Эмма. Так сильно, что едва могу с этим справиться. — Я глубоко вдохнула и просто прошептала: — Ты должна была жить.

Мы просидели с ней два часа, пока Нини не открыла дверь и не сказала, что пора идти. Я держалась за нее до последней минуты. Не хотела отпускать, потому что тогда все стало бы реальностью. Я хотела, чтобы это было просто кошмарным сном.

Когда Нини вошла, я встала, чтобы поцеловать Эмму в лоб.

— Спасибо, что показала мне, что такое лучшая подруга, Эмма, — прошептала я ей на ухо. — Ты была для меня благословением.

Затем вернулись родители Эммы и обняли нас всех. Все было по-настоящему. Это была реальность.

Она ушла.

Моя лучшая подруга ушла.

И я не знала, как жить дальше.

Джесси

Нини ничего не сказала, когда я забрался в постель рядом с Джун. Уверен, она позвонила ее родителям, чтобы убедиться, что они не против, но мне было плевать. Я не собирался оставлять ее одну. Крис был в своей комнате с родителями. Тело Эммы перенесли в часовню.

Я всматривался в ночную темноту, зная, что до рассвета осталось совсем немного. Мне не удавалось уложить в голове то, что произошло сегодня. Я крепко обнимал Джун. Моя грудь намокла от ее слез. Я чувствовал оцепенение. Слов не было. Все это казалось таким несправедливым.

Джун медленно отодвинулась, и я увидел ее заплаканное лицо. Кожа пошла красными пятнами, а глаза были воспаленными и опухшими. Она долго смотрела на меня, словно стараясь запомнить каждую черту.

— Я люблю тебя, — прошептала она. — Люблю так сильно, что не представляю, как жить без тебя.

Каждое слово проникало в самую душу, и вся боль в моем теле отступала, как будто я окунулся в золотистый свет.

— Джунбаг, — прошептал я и коснулся ее щеки. Она говорила это на всякий случай. — Я люблю тебя так сильно, что эта любовь едва помещается во мне. — Ее глаза заблестели, и, несмотря на боль, на губах появилась улыбка. Я медленно приблизился и поцеловал свою девочку. И целовал снова и снова, пытаясь стереть грусть с ее души.

Когда я отстранился, Джун сказала:

— Ты крепко держишь мое сердце в своей руке.

Я улыбнулся.