Книга Напиши меня для себя, страница 65 – Тилли Коул

— Нет... — прошептала я, и моя радость за него мгновенно превратилась в ужас.

— Лечение не помогает и мне, Джунбаг. По крайней мере, так сказал доктор Дункан. — Он улыбнулся мне, пока мой заторможенный мозг пытался понять, о чем он говорит. — Рак прогрессирует. Я пройду еще один курс лечения, но если это не поможет...

— Тогда ты перейдешь на паллиативную терапию, — закончила я, повторяя слова доктора Дункана.

— Бинго, — сказал он, а затем внимательно посмотрел на меня. Его взгляд наполнился печалью.

— Джесси? — позвала я, видя, как он грустит.

— Я знал, что не смогу выдержать этот взгляд, который говорит мне о том, как ты из-за меня страдаешь. — Он шумно сглотнул. — Я хотел, чтобы ты была счастливой, сосредоточенной и продолжала идти на поправку. Я желал этого всем сердцем.

Я провела пальцами по его щеке, и сердце переполнилось нежностью, когда Джесси прижаля к моей руке, будто наш контакт был ограничен по времени, и он хотел насладиться им как можно дольше.

— И то выражение, с которым ты сейчас смотришь на меня, — добавила я, — из-за меня.

— Да, — прохрипел он, а затем притянул меня к себе. Джесси обхватил меня так крепко, что я едва могла дышать. Но мне было все равно. Он держал меня, а я держала его, и мы оба... Боже, мы оба держались на волоске от смерти. — Я так хотел, чтобы ты получила хорошие новости, — сказал Джесси, и я почувствовала правдивость его слов до глубины души.

— Я тоже хотела того же для тебя, — сказала я, прижавшись головой к его футболке и обнимая его еще крепче. Он был таким теплым. Он был живым.

Джесси отстранился и взял мое лицо в ладони. Только тогда я заметила, что у него нет мяча. Он всегда носил его с собой, но не сейчас, не в этот решающий момент жизни. Мое сердце разбилось вновь. Джесси смирился с тем, что его мечта стать квотербеком Техасского университета ускользает? Или это было что-то другое?

— Видимо, моя ручка все-таки не волшебная, — сказала я, тяжело вздохнув. — По крайней мере, не для нас, потому что последняя глава, которую я написала, не сбылась.

— Видимо, не этой жизни, — сказал Джесси. Он пристально посмотрел на меня, а затем сказал: — Я люблю тебя, Джунбаг. Уже давно. Но я люблю тебя, ты должна это знать.

Все страхи и боль, окружавшие нас, исчезли, стоило этим словам сорваться с его губ. И чувство оцепенения, охватившее меня, исчезло, и я снова вернулась в свое тело.

Я люблю тебя.

— Джесси, — прошептала я, и мое сердце за считанные секунды наполнилось гелием вместо свинца. Прижав ладонь к его щеке, я заглянула в его вечнозеленые глаза и сказала: — Я тоже люблю тебя. Так сильно, что это причиняет боль.

В взгляде Джесси всегда тлела искра боли — признак печали, которую он никогда не выпускал наружу. Но сейчас, в этот миг, ее там не было. Я выбирала его, а он выбирал меня на то время, которое нам оставалось.

Мы дышали друг другом, а затем Джесси отступил, протянув руку, и сказал:

— Пойдем.

— Куда? — спросила я.

— В гостиную.

Я покачала головой, и наш счастливый пузырь лопнул.

— Я не могу... — Потом мне пришла в голову мысль. — Все уже получили свои результаты?

Он кивнул.

— У всех новости лучше?

Джесси снова кивнул. В его глазах снова появилась печаль. И я почему-то знала, что на этот раз она из-за меня.