Онлайн книга «Любовь(ница)»
|
В тот момент я четко поняла, что за всю ту боль, которую я доставила этой женщине, я еще отвечу. Раньше было просто об этом не думать, было просто ее ненавидеть и выгораживать себя, но в тот момент «раньше» умерло навсегда. Меня обожгло стыдом за все свои эмоции по отношению к ней; за мою наглость, с которой я шипела про себя всякие гнусности и даже хотела ей открыться сама. В тот момент все изменилось. Это был щелчок по темечку, больше похожий на удар молнии. Он прошелся по всему моему нутру, осветил самые его потаенные, черные закоулки и окатил бесконечно тяжелым грузом вины и стыда. Я знала, что с того момента никогда больше не смогу притворяться. Тогда все изменилось навсегда. А сейчас? Это бумеранг, и я знаю, что заслужила его, но… — Какая вторая дорога? — шепчу без голоса. Он вздыхает и поднимает глаза. Рыскает ими. Что ищет? Я не знаю… Встает резко. Я вздрагиваю и оборачиваюсь. Незнакомец подходит к кухонной гарнитуре, хмурится, а потом кивает своим мыслям и берет стеклянную бутылку с водой. У нее длинное горлышко и красивый рисунок синего цвета. Донышко стукает о стол. Я смотрю на бутылку и не понимаю, чего он от меня хочет. Поднимаю глаза. Незнакомец изучает долго, и взгляд у него стеклянный и холодный. Мне почему-то кажется, что ему по-прежнему не нравится все, что здесь сейчас происходит. Даже сильнее, чем до этого момента. — Второй вариант проще. Сейчас ты возьмешь бутылку, потом пойдешь в ванную, снимешь трусики и хорошенько себя оттрахаешь. Что?.. Хлопаю глазами. Рот открывается, и я срастить не могу: это… шутка такая, господи?! Он что… прикалываются?! Незнакомец усмехается. — Не понимаешь, да? — Не… очень. — Нужны следы, душка. Их должно быть достаточно, чтобы Егоровы поняли, что ты больше не угрожаешь их репутации. — Ре… путации?.. — Господи… — он закатывает глаза, — Курить можно? Я не вывезу этого разговора без сигареты. Ты такая… наивная овца, что это одновременно бесит и восхищает. Диссонанс. Не люблю испытывать сомнения. Ээ… Решаю, что лучше не качать права. Тем более, мне нужно осознать все услышанное… Киваю в сторону окна, он кивает в ответ. Зажигалка чиркает. Вздох. Холодный ветер пробирается под мою кофту, но я не ежусь. Просто не чувствую холода, так как внутри его слишком много… Холодные пальцы сжимают друг дружку до боли. — Василий обожает свою дочь. Думаю, очевидно, раз он назвал ее, как себя… Ну да. Потрясающее тщеславие, как по мне. Ну, да ладно. Кто я такая? — И он никогда не допустит, чтобы его принцесса страдала. Ваша интрижка с Исмоиловым может дорогого стоить ее репутации. Чтобы сохранить репутацию, такие люди пойдут на все. — А как же любовь? — с губ срывается против воли, толкает какое-то больное любопытство. Незнакомец издаёт смешок, за которым сразу цыкает. — Боже, молчи. Серьезно, как ты вообще оказалась в такой ситуации? Первая на моей памяти любовница такого, как Исмоилов, с характером из сахарной ваты. Обычно они все прожженные суки, которых не жалко. Бросаю на него взгляд. Сколько их было? Которых не жалко? — Что? — хмыкает, — Думаешь, сколько их было до тебя? Резко опускаю глаза в пол и напрягаюсь. Он настолько проницательный? — Была парочка. Одна, кстати, любовница Якуба, отца твоего ненаглядного… Что?.. |