Онлайн книга «Любовь(ница)»
|
Против воли снова смотрю на него, но он на меня нет. Наблюдает за тем, как снег медленно ложится на Москву… — И не смотри на меня так. Он был жестким человеком, там никаких компромиссов, да и не хотелось. Тебе чисто фортануло. Видимо, Бог не Тимошка, видит немножко. — В смысле? — Девочка, — вздыхает, — Выбирай второй вариант, ты первый тупо не вывезешь. Да, это будет жестко и неприятно. Унизительно. Но это проще остального. Минут десять помучаешься, потом к врачу сходишь и проследишь, чтобы травмы вписали в твою карту. Если Егоровым потребуются доказательства, они у меня будут. Тебя оставят в покое, и я надеюсь, что тебе хватит мозгов порвать эту связь, чтобы мы больше никогда не встретились. Перевожу взгляд на бутылку, в сердце и душе… не знаю, что там. Очередной коктейль из всех эмоций сразу, включая злость на себя и на него… — Если ты спрашиваешь про любовь, то рассчитываешь, что твой пры-ынц тебе ее обязательно подарит. Вы будете вместе, поженитесь, родите еще детишек, и это было бы неплохо. У вас красивые дети получились бы. Но я сейчас не об этом. В твоей сахарной башке вы будете жить душа в душу и помрете в один день. Я хочу отрицать, потому что уже не верю в это, но он первым мотает головой. — Не отрицай. По тебе видно. Так вот, я тебе глаза открою: не будет этого никогда. В его мире нет любви. Они неспособны на нее просто. Там только бабки, сделки и власть. В погоне за первым, вторым и третьим, они способны на все. Что ты можешь ему дать? Кроме своей сладкой писи? Краснею густо, ответить нечего. Что я могу ему дать? Любовь? Почему-то это кажется каким-то бредом, и я просто не могу произнести это слово вслух. Кажется, одновременно кощунством и максимальной глупостью говорить про это сейчас... — Давай только без обид, но ты — никто. Из себя нихрена не представляешь, родители — дно, сама — дно. Куда тебе против наследницы многомиллиардного состояния? Сама подумай. Чем не херня? И правда... — Знаешь, что будет, если ты не начнешь башкой думать? Егоровы снова постучатся в твою дверь, только на этот раз все не закончится милым разговорчиком на кухне. Ты просто потеряешься, как миллион девчонок этого гнилого города до тебя. Тебя никогда не найдут. А потом о тебе просто забудут. Он тоже забудет, душка. Возможно, даже первым. Такие как он недолго грустят о потери своих игрушек. Они быстро находят новые. Единственный, кто будет тебя помнить, это твоя девочка. Она, кстати, а останется одна без защиты. Думаешь, Василина примет ее, как родную? Хера с два. Она будет живым пятном на ее репутации, и если "потерять" ее она все-таки не сможет, то устроит девчонке вырванные годы. Ты испоганишь ребенку всю жизнь, и пока этого не произошло: начни думать. Взгляд мажет. Его правда звучит жестко, но это правда. Она всегда такая. Она всегда на разрыв, а я знаю, что это правда… И дальше тоже правда… — Он тебя не любит, — добавляет тихо, — Исмоилов достаточно богатый и влиятельный, чтобы уже не париться, но он женится на Егоровой, чтобы увеличить это влияние, а тебя подставляет. Если он и не знает, что о тебе могли узнать, потому что меня вызвали экстренно... — Экстренно? — Слышал, что Василий проверял Анвара пару месяцев, а потом дал согласие на брак. Видимо, ничего не нашел. Потом мне звонок среди ночи, ясно? |