Онлайн книга «Любовь(ница)»
|
Из груди рвется тихий, холодный смешок. — Хорошая девочка. Итак, как мы теперь поступим, моя дорогая. У тебя есть ровно сутки, чтобы съебаться из Москвы и никогда больше здесь не появляться. Рискнешь не оценить моего широкого жеста? Я тебя не просто придушу, сука гребаная, я тебя изничтожу! — голос срывается на крик, и я резко поворачиваюсь к Алене. Она сжимается сильнее и опускает глаза. Ее трясет. Ага, замечательно. А теперь дыши. Только, блядь, дыши и не подходи к ней близко. Ты себя не контролируешь, и, может статься так, что даже Надя не удержит тебя над уровнем полного дна в плане моральной составляющей… — То же самое касается Питера, Сочи, Краснодара… блядь, чего угодно! Ты возвращаешься в дыру, из которой выползла, и я забываю о тебе навсегда. Узнаю, что ты меня ослушалась? Ну. Теперь ты хорошо понимаешь, что с тобой случиться в этом случае. Да. Молодец. Почти ровно. А теперь вали… Размашистым шагом подхожу к дивану, Алена дергается от меня, как от зверя. Меня это не цепляет. Если бы Надя — да, а так? Насрать. Подхватываю телефон, разворачиваюсь, но прежде чем уйти, кидаю еще один смешок. — Кстати. Чтоб ты знала. Я почти готов был переступить эту черту, и я бы ее переступил. Благодари за то, что дышишь, жадную суку, которую так ненавидела просто потому, что сама — ничтожество. Надя в который раз спасла твою неблагодарную задницу. Я покидаю квартиру быстро, а потом не жду лифта. Сбегаю по лестнице. И нет, я не страшусь дел рук своих, но я боюсь, что в какой-то момент тумблер снова перещелкает, и я вернусь, чтобы закончить начатое. Блядь, я так хочу вернуться… Но я держусь. Каждый пролет — смех и улыбка моей Надежды на что-то светлое. Моя Ава рядом. Тепло ее ручек, ее голос. Мои девочки. Вы держите меня над уровнем днища. Вы всегда меня держали… Когда я вылетаю на улицу — в лицо бьет холодный воздух. Мороз кусает за щеки и оседает в носу. Глаза слезятся. Полное осознание оттого, что я только что почти сделал, бьет наотмашь. Я все больше становлюсь похожим на отца. Это бьет еще сильнее… Блядь, мир больших денег — это болезнь сознания. Эмпатия атрофируется. Совесть растворяется. Вины не существует. Я не хочу туда. Я хочу домой… Сажусь в машину, пару мгновений смотрю на руль перед собой, хмурюсь. У меня есть обязанности, но я хочу домой. Мне надо домой. К ней. Может быть, пора рассказать все, что происходит и происходило? Объяснить. Она же ничего не знает, а я так хотел ее уберечь… от всего этого ада! Подальше. Поближе к сердцу и безопасности. Но вдруг я делаю только хуже своим молчанием? И это не попытка уберечь уже, а нанесение ножевых по живому? Мой телефон напоминает о себе. Экран зажигается, оповещая о пропущенном вызове. Точно. Ее мама… мне звонила ее мама. Набираю номер, жду всего два гудка, а потом погружаюсь с головой в густой стыд ее холодного голоса. — Анвар. Закрываю глаза и тру переносицу. — Здравствуйте, Нина Алексеевна. Простите, что не мог ответить, я был… — Была бы моя воля — сто лет тебя не слышала. Справедливо. Ее родители меня ненавидят, но я за это не серчаю. Знаю, что заслужил. Если бы такой же мудак нарисовался рядом с моей Авой, я бы его тоже презирал. Заслужил, одним словом. А когда-то все ведь иначе было… Они приняли меня дома с широко распахнутыми руками. Они меня любили. Я называл их «мама» и «папа», пока мои настоящие родители не разрушили все. Нахрен все! До чего только смогли дотянуться… |