Книга Танец нашего секрета, страница 69 – Алина Цебро

Виктория судорожно сглатывает, возвращаясь на свою позицию рядом с дочерью. Быстро хватает ту под руку, чтобы разыграть счастливую семейную идиллию. Пальцы дрожат у неё заметно дрожат.

Чего не скажешь об Оливии. Девушка абсолютно спокойна и даже прижимает к себе маму. Но не ради защиты, а чтобы показать всем остальным: Виктория боится. Оливия — нет.

— Здравствуйте, дамы.

Доминик показушно кланяется, улыбаясь, словно мартовский кот. Он красив до невозможности, до возможной невозможности — точёные черты лица, взгляд, от которого слабеют колени у неопытных девиц. Но Оливии всё равно. На его внешний вид, отточенный временем и генетикой. На манеру поведения, выверенную до последнего жеста. На то, как он пытается казаться джентльменом, прикрывая хищную натуру бархатными манерами. Он убийца, как и все вокруг. Как и она.

— Здравствуй, Доминик.

Мама Оливии не выходит вперёд, но улыбается так же, как мужчина — острой, опасной улыбкой хищницы. Разница между ними — примерно десять лет. Она старше. Но это не мешает Виктории метить выше, играть в игру, где ставка — власть.

— Виктория, — он произносит её имя медленно, смакуя каждый слог, словно дорогое вино. — Как всегда неотразима.

— Доминик, — мама практически тает, голос становится на тон выше, слаще. — Какая честь. Мы так рады, что ты к нам подошёл

Подлизывание настолько очевидное, что Оливию слегка мутит. Но она держит лицо непроницаемым. Доминик переводит взгляд на девушку. Тёмные глаза скользят по её лицу, задерживаются, оценивают. Ждут реакции — страха, восхищения, хоть чего-то. Он не привык к таким пустым реакциям. Это его удивляет… и восхищает. Знала бы Оливия, что лучше вести себя как мать, чтобы отпугнуть его… Но она не знает.

— А это, полагаю, твоя дочь? — голос мягкий, но с металлом внутри. — Оливия, верно?

— Верно, — Лив отвечает ровно. Никакого пиетета. Никакого трепета перед «великим».

Пауза. Виктория замирает, едва дышит.

Доминик чуть приподнимает бровь. Усмехается, но теперь иначе. С интересом.

— Не из пугливых, — констатирует. — Редкость.

— Просто не вижу причин для страха, — Оливия пожимает плечами. — Пока.

Последнее слово висит в воздухе. Вызов. Граница. И Доминику нравится этот момент.

— Оливия! — Виктория нервно смеётся, хватает дочь за руку. — Прости её, Доминик, она недавно избежала смерти, теперь вот храбрится.

— Всё понимаю, — он не сводит глаз с девушки. — Очень даже понимаю.

И улыбается.

Оливия замечает Джули на другом конце зала, та, быстро перемещаясь, лавирует между несколькими людьми, и, недолго думая, забегает наверх. Чёрт… Она пошла действовать, теперь нужно отвлечь всех.

— Потанцуем?

Вопрос звучит в голове Лив в тот момент, когда она обдумывает следующие действия. Если мать и Доминик начнут танцевать, это будет идеально. Отвлечёт внимание, даст Джули время.

Лив отступает на шаг, освобождая пространство для Виктории — логично, что вопрос адресован ей. Но вместо этого тёплая, тяжёлая ладонь обхватывает её запястье.

Без спроса и без предупреждения.

Оливия не вздрагивает. Не пугается. Лишь медленно, с нарастающим раздражением переводит взгляд на Доминика. Зло. Прямо в глаза.

— Лив? — в наушнике раздаётся голос Райана, чёткий и обеспокоенный.

Связь восстановлена. Джули выполнила первый пункт. А это значит, что помимо того, что Райан и Блейк их видят, они всё ещё и слышат. Каждое слово.