Книга Развод! Смирись, милый!, страница 58 – Ника Горская

Ей чуть больше пятидесяти, но она держится с такой элегантной уверенностью и достоинством, что возраст отходит на второй план.

Елена профессионал своего дела, и я полностью доволен её работой. Тот хаос что творился в кампании на протяжении нескольких напряжённых месяцев был упорядочен ею за очень короткий срок.

Я нанял секретаря после того, как с трудом справился со сторонней попыткой уничтожить дело всей моей жизни.

Для всех моя кампания претерпела серьёзный кризис, а на деле меня с чьей-то руки настойчиво пытались «подвинуть».

Внутреннее расследование не дало результатов. Я так и не узнал кто был заказчиком моего провала.

Наученный горьким опытом я перестал «складывать все яйца в одну корзину».

Рисковать больше не хочу. Поэтому занимаюсь созданием нового дела, которое функционирует как независимый источник стабильности.

Это система, работающая по своим правилам, с собственными каналами поступления ресурсов и выхода готового продукта. Она не требует моего постоянного, непосредственного участия, но при этом активно развивается и уже приносит ощутимый доход.

Это даёт определённую уверенность в завтрашнем дне.

Пью кофе и возвращаюсь к работе.

Засиживаюсь в офисе допоздна.

Сворачиваю все дела и уже собираюсь уходить, когда поступает телефонный звонок от матери.

— Да, мам, — отвечаю, свободно откидываясь в кресле.

— Привет, сынок. Ты как?

— Всё хорошо, — я как могу стараюсь ограждать её хотя бы от части тех передряг что происходят в моей жизни.

Её здоровье никогда не было достаточно крепким, а в последнее время оно заметно пошатнулось. И я не могу избавиться от мысли что в этом львиная доля моей вины. Сначала открывшаяся правда о внебрачном ребёнке, затем развод с Викой, проблемы в бизнесе. Всё это мама максимально пропустила через себя.

— Сегодня с Максимом гуляли в детском парке, — в общих чертах рассказываю о проведённом с сыном времени.

— А я с Викой разговаривала, — говорит, когда я замолкаю.

Чувствую, как от её слов в груди что-то сжимается настолько сильно, что становится больно.

— Она в понедельник какой-то важный экзамен сдала. На отлично, — в голосе моей матери нотки гордости, будто родной дочерью хвалится.

Вика умница.

Я всегда это знал.

Моя сильная и отчаянная девочка.

— Очень за неё рад, — я не кривлю душой и действительно рад тому, что всё у неё в жизни наладилось.

— Ты так и намерен держаться в стороне? — осторожно интересуется мама.

Уже прошло четыре месяца с момента нашего с Викой развода, а моя мать так и не смирилась с этим и почти каждый наш разговор пытается на меня давить.

— Мам, хватит, — устало тру пальцами глаза.

И пусть по сей день любое упоминание о жене не оставляет меня равнодушным, я правда отпустил её. В один момент осознал, что бессмысленно цепляюсь за прошлое. Ведь из своего настоящего и будущего Вика меня полностью и бесповоротно вычеркнула.

Я не перестал её любить. Ни на секунду. Ни на мгновение. Нет. Никогда.

Наверное, я просто перестал быть эгоистом.

В тот вечер, когда увидел её в объятиях другого я понял, что она пытается жить дальше. И у неё получается. Ей хорошо без меня.

Признавать это было невыносимо.

Особенно, когда меня она заблокировала, а после ему открыла дверь.

Именно тогда я понял, что это конец. Что ничего уже не вернуть и не исправить, сколько бы я не пытался.