Книга Неталантливая девочка, страница 113 – Олена Бланка

— Как там наша гостья?

— Все тихо, — это говорит Фролов. — Спит, ест, ничего не просит.

— Хорошо. Но ты, Олежа, все равно за ней приглядывай. Хозяин отблагодарит.

На цыпочкам приближаюсь к окну и выглядываю а улицу. До этого момента я была уверена, что кроме Волохова о моем месте пребывания больше никому неизвестно. Вижу напротив входной двери большой черный внедорожник, а рядом… Тоха! Тот самый, который битой разбил заднее стекло моей машины.

Быстро возвращаюсь к себе в комнату. Сажусь на диван, обхватываю себя руками. Что все это значит?

Ох, Алиса. Судя по всему это значит, что ты дура набитая! Вот что! Он обманул тебя! Опять! Демон! Обвел вокруг пальца! Сделал так, чтобы ты сама попросила о помощи! Наверняка теперь наслаждается своей победой!

Ненавижу! Хоть бы он провалился в ад! Хоть бы сдох!

Мысленно посылаю разнообразные проклятия на голову Волохова еще несколько часов к ряду. Но ведь надо что-то делать. Не сидеть же сложа руки.

Когда наступает утро пытаюсь просто уйти. Одеваю кроссовки, куртку и двигаю ко входной двери. Но она не открываетс, заперта на ключ. Зато тут же из своей комнаты высовывается Фролов.

— Вы куда? — задает вопрос.

— Хочу в магазин сходить, вина купить, — поясняю с доброжелательной улыбкой.

— Так не положено, — говорит он. — К тому же еще нет 11. Не продадут.

— Ладно, — быстро соглашаюсь. — Можете тогда вы, пожалуйста, сходить и купить мне красного сухого.

Протягиваю 5 тысяч.

— И себе что-нибудь возьмите на сдачу.

Фролов тут же вытягивает купюру из моих рук.

— Это я могу. Все сделаю в лучшем виде.

Он возвращается через час с бутылкой какого-то пойла и мешком дешевой еды: колбаса, конфеты, рыбные консервы. Хочет всучить мне сдачу, но я отказываюсь. У меня уже накрыт кухонный стол на двоих, и я предлагаю вместе поесть.

Сосед присаживается, но стакан от себя отодвигает.

Я все равно наливаю вино в оба и, сжимая в руке один из них, бросаю наживку:

— Олег, ну хоть чокнитесь со мной разок. А то как-то неловко за себя саму в день рождения тост поднимать.

Фролов кривится, но стакан берет, а я продолжаю давить:

— Винцо легкое, компот можно сказать. Что с него будет?

— Ну выпить за здоровье, конечно, святое дело, — сдается он наконец. — А сколько годочков-то вам исполняется?

— Двадцать пять.

— Юбиле-е-ей, значица!

— Ага.

— Эх! Была не была! За здоровье! — чокается со мной и опрокидывает в себя содержимое.

Слово за слово и вот уже бутылка пуста. Фролову явно мало, требуется добавить. Он снова удаляется в магазин. Обратно возвращается с бутылкой водки и в компании какого-то мужичка в ватнике. Банкет продолжается без меня.

Я запираюсь в своей комнате и лишь изредка приникаю к замочной скважине. Меня интересует состояние входной двери, которая находится как раз напротив. Пока что она по-прежнему заперта на ключ, который лежит в кармане штанов хозяина квартиры. Но еще не вечер.

Вот как раз-таки вечером, когда на огонек заглядывает еще несколько собутыльников Фролова, я улучаю момент и тихонько выскальзываю из квартиры.

На улице уже темно. Натягиваю на голову капюшон и быстро шагаю прочь от барака.

Иду долго и почти вслепую. Район мне совершенно незнаком. Вокруг ни души, спросить не у кого. Наконец выхожу к автобусной остановке. Если верить расписанию, то ходят они здесь раз в час и самый последний в 22.25. У меня по-прежнему ни малейшего представления о времени. Благо на противоположной стороне вижу пирожковую, в ней горит свет.