Книга Бархатные цепи, страница 65 – Фэй Пирс

Он стиснул зубы, и на секунду мне показалось, что он может всё отрицать. Но потом он вздохнул и отвёл взгляд, уставившись в пол.

— Ты права.

Его слова ранили меня сильнее, чем я ожидала, хотя я всё это время знала правду. С каждой секундой моё сердце разбивалось все сильнее.

— Я больше не могу, — прошептала я, отступая и убирая руки с его шеи. — Я не могу притворяться, что всё в порядке, что меня это устраивает.

Винченцо потянулся ко мне с потерянным выражением лица.

— Подожди… пожалуйста. Не уходи. Я должен защитить тебя. Я...

— Защитить меня? — Перебила я его срывающимся голосом. — От кого? От самого себя? От лжи? Или от дона Антонио? Это клетка, и я умру в ней.

Впервые я увидела в его глазах что-то надломленное, что-то искреннее и уязвимое.

— Я никогда не хотел причинить тебе боль, — прошептал он.

— Но ты это сделал, — ответила я, вытирая слёзы, которые никак не могли остановиться.

— Я могу помочь тебе почувствовать себя лучше? — Попытался он.

Я могла думать только о том, чтобы прикоснуться к нему, обнять его, поцеловать, и я сделала это. Я наклонилась и поцеловала его, обняв за шею, чтобы он не отстранился.

Пока он обнимал меня, я была так близко к нему, что мне приходилось переводить взгляд с одного его глаза на другой, чтобы смотреть в его глаза. Они были величественны, как тёмное небо перед настоящей бурей.

Я чувствовала его тело рядом со своим, тёплое и твёрдое, и с трудом могла контролировать своё физическое возбуждение. Я очень нежно коснулась его лица, проведя кончиками пальцев по его коже, словно по паутине. Я чувствовала, как моё сердце бьётся в груди, словно молот, когда он убрал мои волосы с лица и направил меня. Я закрыла глаза, и всё, что я чувствовала в этом мире, это его губы на моих, сладкие и мягкие, становящиеся всё более настойчивыми по мере того, как напряжение постепенно спадало.

Этого я и хотела… чего-то чувственного и личного.

Он прикусил мои губы, поцеловал меня, нежно укусил за шею, а затем сильнее, и я обхватила его голову руками и притянула к себе. С моих губ сорвался тихий стон, когда он взял под контроль моё удовольствие.

Он слегка наклонился вперёд, и я откинулась назад, увлекая его за собой. Он стянул с себя рубашку, и я почувствовала, как его тело прижимается ко мне, пока он раздевается. Я не закрывала глаз, чтобы насладиться видом его гладкой кожи.

Он потянулся вниз и стянул с меня полотенце. Я хотела насладиться изгибом его шеи и очертаниями его плеч, груди, бёдер. Я хотела видеть его губы, ямочку на подбородке, взгляд его глаз, веер его ресниц.

Но я закрыла глаза и отдалась на волю нежных прикосновений его рук, звуков нашего дыхания и безошибочно узнаваемого аромата моей реакции.

Я чувствовала, как меня почти трясёт от удовольствия, когда он дарил мне своё тело. Гладкое, как шёлк, мягкое, тёплое, упругое, с нежной обнажённой кожей. Я снова обхватила его ногами за спину и была вознаграждена довольным рычанием и мгновенной демонстрацией того, почему моё тело жаждало этой встречи.

Он приподнялся и с лёгкостью и силой, присущими человеку с большим опытом, притянул мои бёдра к себе, раздвинув мои ноги. Я вздрогнула, почувствовав его сильные, ловкие пальцы на внутренней стороне моих бёдер.

Я потянулась к нему, когда он снова склонился к моим губам, и, пока он целовал меня, проникая языком в мой рот, я почувствовала, как его пальцы скользят между моих ног, проникая в моё влажное, горячее лоно, лаская меня. Его губы удерживали меня, и я могла лишь издавать нечленораздельные звуки. Прижавшись к нему, я двигала бёдрами в такт его движениям.