Книга #НенавистьЛюбовь, страница 250 – Анна Джейн

Он только кивнул — сам все прекрасно понимал, и убрал руку с плеча Савицкого.

— Свободен. Это был последний раз, когда ты подходил к Даше, — пообещал Даня. Влад ничего не сказал ему, лишь снова протянул мне цветы, прежде чем уйти.

— Возьми розы, Дарья. Или выброшу.

— Делай, как знаешь, — ответила я с вызовом, думая, что он действительно выкинет их, но Савицкий вдруг вручил их какой-то первокурснице с наивным лицом, и та, удивленно на него глянув, крепко прижала букет к себе. Влад улыбнулся ей и ушел, сунув руки в карманы укороченного пальто.

А я увела Даню в холл и обнимала до тех пор, пока он окончательно не пришел в себя. Во мне отчего-то появилось ощущение, будто должно что-то произойти. И я оказалась права.

Домой я поехала сразу же после пар, хотя Даня по телефону снова предлагал мне дождаться его. Я бы с радостью осталась с ним — сидела бы на лекциях рядышком, держа под партой за руку, но я действительно должна была подготовиться к завтрашнему семинару по устному переводу — от его итогов зависела промежуточная аттестация, а я не хотела проблем.

«Я уйду с пар и отвезу тебя домой», — предложил Даня. Может быть, он тоже что-то чувствовал? Не знаю.

«Зачем? Котик, я и сама доберусь. Ты и так пропустил много. Владыко не простит, если ты опять не придешь», — напечатала ему я в ответ, на ходу натягивая куртку.

«Хорошо. Звони если что, зайчик».

Я хотела послать ему свой любимый блюющий смайлик, но сдержалась и впервые в жизни отправила сердечко — не одно, а сразу несколько. В ответ блюющий смайлик прислал мне Даня — кажется, это была его маленькая месть. Но не успела я возмутиться, как следом прилетели стикеры с поцелуйчиками, что заставило меня улыбнуться.

Вместе с подругами я дошла до остановки — в лица нам бил усилившийся холодный ветер. И все это время Самира рассказывала нам о том, какой Лео классный. Аристократически утонченный и тонко чувствующий, заботливый и нежный, умный и порядочный. Не парень, а ангел!

— Девочки, он такие картины пишет! — восхищалась она, и ее темные глаза горели от восторга, которого я раньше в ней не замечала. — Просто чудо! У Лео непередаваемое чувство цвета — вы обязаны увидеть его работы! Я вам в следующий раз сфотографирую. А еще он обещал нарисовать мой портрет…

И Самира мечтательно замерла. Я и Полина переглянулись, а Сашка спросила нараспев:

— А то, что он бедный, тебя нисколько не смущает?

— Он духовно богат, — отмахнулась подруга.

— Ага, вот как запела, — обрадовалась Сашка, что подловила ее на слове. — А кто раньше твердил, что самое главное в мужчине — это состоятельность?

Самира нехорошо покосилась на Сашку, с фиолетовыми волосами которой играл прохладный ветер. Подруга была из тех, кто не носит шапку до лютых морозов и вообще легкомысленно одевается. При этом она почти никогда не болела, в отличие от Полинки, которая вечно мерзла, утеплялась и постоянно простывала.

— Ладно, признаю — я была немного неправа, — сквозь зубы процедила Самира. — Но и замуж я за него не собираюсь.

— Значит, ты с ним играешь? — сощурилась Сашка.

— Мы просто общаемся! Чего ты пристала, Павловская?

— Просто ответь — ты влюблена в него? — спросила я с улыбкой.

— Ну, может быть. Чуть-чуть, — нехотя согласилась Самира.

— А как он целуется? — подхватила Полина.