Книга Второгодка. Книга 9. Вечно молодой, страница 101 – Дмитрий Ромов

— Вообще-то это странно.

— Странно, да. Поэтому просто скажи спасибо. Мне ещё за это может прилететь. И скорее всего даже прилетит. Просто мне кинули задание, а я у шефа отпросилась. У каждого свои дела и, если никто не хватится, то два дня у тебя есть.

— Спасибо, Жанна Константиновна.

— На здоровье. Кушай с булочкой.

— И что там у вас по этому делу? — спросил я.

— А ты почему интересуешься?

— Так, любопытно. Ты же заинтриговала меня.

— Любопытно ему, — возмущённо дёрнула плечами Жанна. — Давай, рассказывай, что тебе известно по этому делу.

— Мне пока что сказать нечего, — усмехнулся я. — Ведь у меня, кроме тебя, в Следственном Комитете больше нет никого. Откуда бы я мог получить информацию, чтобы передать тебе?

— Ты, Краснов, не наглей, — разозлилась Жанна. — Я в следственном комитете не у тебя, а у родины своей. Ясно?

— Ясно, конечно, — усмехнулся я. — Пленница генеральских звёзд, да?

— Да хоть бы и так. Давай-ка, рассказывай, друг ситный. Рассказывай всё, что знаешь про Саида и про его незавидную судьбу. Кто вот этот кент? Кто этот кент, который идёт впереди тебя на фотографии?

Я чуть покачал головой и, отвернувшись к боковому стеклу, уставился на тёмную, занесённую снегом ёлку.

— Ты знаешь, кто его убил? — спросила Жанна. — Знаешь, кто убил Рашидова?

— Возможно, — кивнул я.

— Ты давай не умничай, — ещё сильнее разозлилась она. — Возможно! Отвечай лучше, пока ещё возможно что-то сделать.

— Что-то сделать можно всегда, Жанна Константиновна. Ты мне лучше скажи, это дело случайно с убийством Мансура не объединено?

— С убийством? — переспросила Жанна. — Нет, группы разные. Но обмен информацией планируется. И, скорее всего, будет активным. Может быть, даже будет создана объединённая группа. Пока не могу сказать. Как раз в ближайшие пару дней будет решаться. Давай, теперь ты отвечай. Как ты к этому делу причастен?

— Есть ещё видео и фото? В смысле, материалы с других камер?

— Сергей, не наглей, правда. Отвечай на вопрос.

— Есть ещё… видео и фото? — повторил я.

— Может, и есть, не знаю пока. Этим надо заниматься, ещё не занималась. Так что… если ты сейчас ничего мне не скажешь и продолжишь изображать из себя дурачка, значит, на меня можешь больше не рассчитывать. Два дня никто тебя трогать не будет. Это я уже пообещала. А потом… на меня не рассчитывай. Будешь выкручиваться сам.

— Жёсткая ты, Жанна, — кивнул я и повернулся к ней.

Глаза наши встретились и мы какое-то время молча буравили друг друга взглядами.

— Давай так, — покачав головой, сказал я. — Я могу ответить на твой вопрос. И даже могу ответить на него очень и очень широко. Гораздо шире, чем ты думала, когда его задавала. Да, я могу ответить и на этот вопрос, и на другие, ещё не заданные.

— Так ответь, раз можешь, — пожала она плечами.

— Ладно. Но только имей в виду, мои расширенные ответы неминуемо вовлекут тебя в дело, которое простирается куда шире, дальше и глубже, чем смерть какого-то никчёмного подонка Саида Рашидова. И тут стоит принять во внимание, что из всего, что я могу тебе сказать, может получиться огромное, огромнейшее, не то что резонансное, а потрясающее основы, глобальное дело, затрагивающее очень много интересных игроков.

— Что-что? — прищурилась Жанна.

— Я говорю, это дело, в которое ты можешь влипнуть, затрагивает не только бывшего заместителя министра Мансура Рашидова, его племянников, коррумпированных работников спецслужб и их неформальных боссов, которых они обслуживают. Оно заденет и таких интересных людей и бандитов, как Ширяй, он же респектабельный бизнесмен Лещиков. И других игроков, которые нам пока неизвестны, но на которых мы обязательно выйдем, если потянем за ниточки грибницы. Потянем и вытянем разных шишек, тех, что сидят высоко-высоко и обычно не осчастливливают нас своим вниманием.