Книга Нелегал из контрразведки, страница 81 – Валерий Шарапов

— Вы же обещали.

— Я не отказываюсь. Я нашел знакомого, у которого родственник служит в милиции в Брянске. За хорошее вознаграждение он пообещал навести справки. Пока ответа нет. Значит, ждем. У вас есть другие варианты узнать, где похоронен ваш отец?

— К сожалению, нет.

— Повторяю, значит, ждем, Гюнтер. – Они отхлебнули пива. – Какая погода стоит хорошая, пиво замечательное, не расстраивайтесь, мой друг. Как дела на работе? Вас еще не повысили?

— Пока нет. Обещали после того, как мы закончим монтаж нового оборудования.

— Может, расскажете, что вы там собираетесь выпускать?

— Мы же договорились, герр Солопов, что не будем обсуждать вопросы, связанные с моей работой.

— Хорошо-хорошо, Гюнтер. Расскажите лучше, как идет строительства вашего загородного дома. Второй этаж уже закончили? Успеете закрыть стройку крышей до дождей?

Дальше они стали обсуждать планировку комнат, цены на строительные материалы, нерасторопность рабочих. Матвей несколько раз выглядывал из окна, чтобы убедиться, правильно ли настроен микрофон.

Это никак не было похоже на беседу куратора с агентом. Север был в полном недоумении. Можно и нужно обсуждать с агентом его проблемы, хвалить его, поздравлять с успехами, но главное – информация и материалы. А тут непонятно, что происходит. Агент отказывается говорить с куратором на основную тему. Собеседники поговорили еще о политике, но на уровне газетных статей, и вскоре разошлись. После встречи майор заехал в дорогой магазин мужской обуви, где всласть погонял продавщицу, пока не подобрал прекрасную пару кожаных ботинок. Матвей себе таких позволить не мог. Потом Солопов заехал в ресторанчик, не спеша пообедал и вернулся в Восточный Берлин.

Когда Великанов прослушал запись разговора агента с куратором, понять, о чем он думает, было невозможно. Он просто молчал и сосредоточенно крутил незажженную сигарету. Потом спросил:

— Это точно все? Ты ничего не упустил? Может, это только финал встречи?

— Солопов приехал раньше агента и занял столик. У меня было время подготовиться. Они поздоровались, и я включил запись.

— Значит, у этого Гюнтера отец погиб под Брянском и он просил майора разыскать его захоронение. Но об этом в деле нет ни слова.

— А ведь это мотив. За него можно зацепиться, – стал развивать тему Север.

— Можно. А материалы агент передавал?

— Я не заметил.

— Ботинки ты разглядеть успел, а как происходила передача материалов, нет, – проворчал Александр Михайлович.

— Я потом специально заезжал в этот обувной, чтобы посмотреть, сколько стоит пара такой обуви.

— Ладно. Теперь скажи, что ты об этом думаешь?

— Ушей ЦРУ или БНД я здесь не вижу. Не буду выдвигать скороспелых версий, считаю, что надо глубже разобраться.

— Твои предложения?

— Предлагаю отправить Солопова либо в командировку, либо в отпуск в Союз. На встречу с агентами вместо него пойду я и на месте разберусь.

— Соглашусь. Значит, майор заранее предупредит Гюнтера о своем отъезде, и тогда пойдешь ты.

— Только с Гюнтером?

— Потому что с ним хоть что-то понятно, – генерал в сердцах выругался. – Хотя ни черта не понятно. Теперь расскажи, как ты в очередной раз не заметил контакта с третьим агентом.

— Как, опять? Когда? – Матвей был ошарашен.

— В пятницу.

— В пятницу он заехал в американскую зону уже после обеда. Заскочил в свой любимый бар на Куддам, затем буквально на пятнадцать минут к американцам в миграционный отдел, потом отправился в варьете. Там французы гастролируют. Оттуда уже прямиком домой. Ничего не понимаю. Он почти все время был в моем поле зрения.