Онлайн книга «Чекистский невод»
|
— В Афганистане перешел к моджахедам, – неохотно произнес Гущин. – В начале восемьдесят первого года… Имел звание капитана, служил в разведотделе штаба дивизии, в отделе шифрования и секретной переписки… Попал к американцам, вывезли через Пакистан… На родине посчитали пропавшим без вести, а спустя какое-то время – погибшим… Кто-то якобы видел, как меня, избитого, вывозят на расстрел… В то время я носил другую фамилию… — Так ты у нас геройски погибший? – удивился Кольцов. – Мученик, стало быть, за Родину и партию. И вот опять – но уже с другим знаком. Поздравляю, Дмитрий. А что, идеальная фигура. С нелюбовью к Стране Советов все в порядке, неглупый, интеллигентный, физически подготовленный, да еще спец по шифрам и кодам. Такого, как ты, любая разведка с руками оторвет… Автомат ударил в спину – внезапно и оглушительно! Стрелок позволил машине проехать и выбежал на дорогу. Он бил практически в упор, длинными очередями. Разбилось заднее стекло, пули застучали по бамперу, рикошетили от крышки багажника. Лопнуло заднее колесо. Истошно заорал Матвей, вцепившись в баранку, вертелся Кольцов. Стыд и срам – их снова поимели! Пошло разводами лобовое стекло, посыпались осколки. Автоматчик продолжал стрелять. Он в несколько секунд расстрелял магазин, вставил новый, передернул затвор. Пули сыпались как горох. Автомобиль проехал с пробитым колесом метров тридцать, машину трясло, Ивашов отчаянно давил на педаль газа, чтобы выйти из зоны поражения. Но далеко не ушли, машина съехала с дороги в кустарник. Автоматчик не преследовал чекистов, остался на месте, кажется, снова менял магазин. Михаил вывалился в открытую дверь в мешанину веток, держа пистолет наготове. Лопнула ветровка по шву, да и черт бы с ней… Ивашов, похоже, не пострадал, он возился под машиной со своей стороны, с ходу стал стрелять. Михаил на коленях выбрался из месива веток, рухнул на грунт, передернув затвор, открыл огонь, сжимая рукоятку обеими руками. Все в пыли, ничего не видно, металось по дороге мутное пятно. Пот заливал глаза. Пришлось привстать, но зрение от этого лучше не стало. Он бегло палил, сменил обойму, перекатился. Ивашов с обратной стороны усердно переводил боезапас. Плавал дым, солнце слепило глаза, и складывалось ощущение, что на дороге уже никого нет. — Матвей, прекратить огонь! Видел, кто стрелял? — Да ни хрена, товарищ майор! – обиженно выкрикнул сотрудник. – Солнце, хрен поймешь, просто пятно какое-то! — Прикрой! – Михаил поднялся, двинулся вдоль кустарника, держа пистолет в вытянутой руке. Желчь теснилась у горла. Их снова со всего размаха, нагло и цинично вмазали в дерьмо! На дороге не было никого, под кустами тоже. Он ускорил движение, выбрался на обочину, перемахнул на пыльную проезжую часть. Остановился в том месте, где валялись отстрелянные гильзы, завертелся. Где-то далеко трещали сучья – стрелок уходил по зарослям. Михаил бросился к кустам, куда-то полез, напарываясь на сучки. Ругался как сапожник. Поздно махать кулаками. До драки надо было махать и головой думать! Он выпустил в сторону затухающего звука несколько пуль, прислушался. Валежник продолжал хрустеть, звуки затихали. Чертыхаясь, он припустил к машине, холодея от страшных предчувствий. Матвей выволакивал из салона подстреленного Николая, тот выл, ругался последними словами. Пуля прострелила плечо капитана, вся правая половина туловища была красной. Михаил помог его вытащить, устроить на траве. |