Книга Опер с особым чутьем, страница 55 – Валерий Шарапов

— Водка полезна, – хмыкнул Куренной. – Впрочем, государство и без нас наращивает производство этого замечательного напитка. Дело происходило позапрошлой ночью в предутренней мгле. Из машины вышли трое или четверо, спустились в овраг и пропали. Человека допрашивали тщательно, но что с него взять? Еще не протрезвел, в глазах двоилось. Точное число людей сказать не может – далеко это было, вроде бы мужчины… Других очевидцев не нашли, спасибо и на этом. Машину угнали ранее – из частного гаража в поселке Гольцово. Это в пяти верстах от Вдовина. Владелец транспорта – глава тамошнего сельсовета не в шутку занемог и несколько дней не открывал гараж. Сегодня открыл и удивился, сообщил об угоне в поселковое отделение. Тамошняя милиция отчиталась: сотрудники опросили жителей близлежащих домов, ничего не видели, не слышали.

— Это понятно, – вздохнул Горин. – Преступники действуют продуманно. Отпечатки пальцев в машине сняли?

— Проверяли. Борис Львович Шефер передавал особые поздравления: в машине не нашли ни одного отпечатка пальца.

— Это как? – не понял Павел.

— Сам говоришь, продуманно действуют. Протерли все, чего касались, а потом ушли. Или работали в перчатках. Но это вряд ли – тогда в машине остались бы хоть какие-то «пальчики». Но машина девственно чиста. Транспортное средство возвращено владельцу, милиционеры из Гольцово рапортуют о мощном ударе по преступности.

— И это называется подвижки? – расстроился Горин. – Поправьте меня: расследование топчется на месте?

— Вадим, может, уволим его? – предложила Кира. – Он только и делает, что умничает, да пропадает неизвестно где…

Только к одиннадцати вечера Павел добрался до барака на Кленовой. Уголовному розыску подкинули работу – на этот раз без мудреностей. Муж пришел с работы уже в подпитии, привычно поколотил жену, решил продолжить банкет – имелась в доме заначка. Заплакала пятилетняя дочь – и ей перепало. Бутыль опустела, снова начался процесс воспитания домочадцев. Удары в живот женщина стерпела, а вот когда супруг стал бить по лицу, терпение иссякло. Она набросилась на мужа с кухонным ножом, в исступлении стала наносить удары. Тот был пьян, реакция подвела. Выбить нож не смог, один из ударов пришелся в горло. Соседи вызвали милицию – несчастная орала, как боевая валькирия. Прибывших милиционеров поджидало жутковатое зрелище. Вся кухня в крови, даже потолок. На полу лежал растерзанный труп – впоследствии эксперт насчитал сорок восемь ножевых ранений. Растрепанная женщина сидела на табуретке, раскачивалась и тихо смеялась. В соседней комнате плакал ребенок. Сопротивления женщина не оказывала. Когда ее уводили, она находилась в приподнятом настроении – исполнила свою заветную мечту.

«Убийство в состоянии внезапно возникшего сильного душевного волнения, – сообщил эксперт Шефер – Так называемый аффект. Решила побыть вдовой, бывает. Ребенка только жалко. Крошка маленькая, поедет в детдом, где и проведет все детство. А наши детские дома – это очень грустная тема…»

Малышка горько плакала – она кое-что поняла, но маленький детский мозг не мог постичь масштаб бедствия. До ребенка никому не было дела. Горин взял девочку за руку, вывел на улицу. Малышка шмыгала носом, испуганно жалась к нему. Сердце непривычно щемило. Прибыли санитары из морга, забрали тело. Криминалисты постояли, покурили – особой работы им не нашлось, все ясно. Горин успокаивал малышку: мол, мама скоро вернется, а может, и папа… Он понятия не имел, как обращаться с детьми. Но не мог бросить это крохотное существо с большими глазами. Вышли оперативники, уехали. Кира Латышева, прежде чем сесть в машину, смерила его странным взглядом. Когда прибежали две «тетечки» из горисполкома, они уже почти подружились. Девчонка что-то лопотала, делилась надеждами, что мама скоро приедет и купит ей кулек конфет. А дядя пусть в гости к ним приходит, он вроде бы хороший. Прибывшие дамы с ребенком не сюсюкали, посадили в машину.