Книга Цвет зависти, страница 101 – Валерий Шарапов

Сегодняшний день был уже не таким жарким. Зной приглушал прохладный несильный ветерок. Вадим отметил это, когда шел в городскую прокуратуру. Честно говоря, жара ему уже начала надоедать, несмотря на то что он любил лето. Поэтому стоявшая на улице погода ему даже нравилась.

Подойдя к зданию, Куликов увидел стоявшую в нескольких шагах от крыльца молодую женщину с медно-рыжими волнистыми волосами и в цветастом платье. Она показалась ему знакомой, но, как ни старался старший лейтенант, он не смог сразу вспомнить, где видел ее раньше. Женщина вежливо поздоровалась с ним, оперативник поздоровался в ответ, поднялся по ступенькам и вошел внутрь здания.

Уже перед кабинетом Денисова Вадима неожиданно осенило: это же та самая журналистка Ида Литвинова, подружка следователя Смолякова. Да, все верно, это она и есть. Теперь Куликов припомнил – он действительно ее пару раз видел на каких-то устроенных для прессы мероприятиях. И вроде бы даже отвечал на ее вопросы. Раз тут Литвинова, наверно, и сам Гриша где-то здесь.

Старший лейтенант не ошибся. Открыв дверь, он нос к носу столкнулся со Смоляковым. Они обменялись приветствиями, и следователь скрылся в полумраке коридора.

— Я смотрю, у тебя гости, – заметил Вадим, заходя внутрь.

— Глодали кости, – усмехнулся в ответ Валера. – Привет, Вадим.

— Привет. Что, Смоляков со своей зазнобой теперь вместе сюда ходят?

— Тут исключение. Гришка попрощаться заходил.

— Что, все-таки…

— Да нет, – следователь улыбнулся. – Переводят его. Вот они с Идой в другой город поедут. Все-таки подсуетилась журналисточка. Действительно, подняла какие-то свои старые связи. Не только за себя похлопотала, но и за любимого мужчину. Начнут они, так сказать, все заново, с чистого листа.

— Ну и то хорошо. А то такие истории не всегда с хорошими последствиями бывают. Ты наверняка и сам слышал.

— Да, все хорошо, что хорошо кончается. Но это им еще повезло, действительно.

— Не говори.

— Ты по делу али как?

— И так, и эдак. Да я к Казакову, а он к прокурору ушел, сказал, минут через десять будет.

— А, ну тогда сиди тут. В коридоре скучно, а здесь и поговорить можно.

— Да, с вами, следаками, всегда есть о чем поговорить, – улыбнулся Куликов.

— Ну так, – развел руками Денисов. – Это, Вадик, наша работа, с людьми говорить. И не только.

Он встал из-за стола, подошел к окну. Куликов тоже подошел и увидел, как к стоявшей на улице Литвиновой подошел Смоляков, обнял ее, они что-то коротко сказали друг другу, потом поцеловались и пошли по улице, взявшись за руки.

— Вот оно – счастье, – заметил Валера, но безо всякого ехидства или иронии.

— Это верно. За них можно порадоваться.

— А я и радуюсь. Повезло им обоим. Да и каждый, я считаю, заслуживает своего счастья. Так что все-таки это любовь, Вадим. Точь-в-точь как у вас с Маринкой.

Старший лейтенант невольно улыбнулся:

— Хорошо, что не как у Аллы Селивановой с Димой Новичковым.

— Да там вообще не поймешь, что было. Цирк с конями, по-другому не скажешь. Или опереточная пародия. Или откровенно паршивый спектакль.

— Что там с делом-то?

С того момента, когда оперативник и следователь виделись последний раз – а это было, когда они беседовали с Иноземцевым, – прошло немного времени, но им так и не удалось толком поговорить, обсудить подробности и обменяться мнениями.