Книга Замороженный страх, страница 21 – Валерий Шарапов

— Не наткнетесь. Мы с оперуполномоченным Тихоновым все мусоросборники проверили, — напомнил Уваров. — Гарантирую — в этом доме больше ничего нет.

— Все равно страшно, — нелогично ответил Иван.

— Тогда выходной возьмите. Уверен, начальство пойдет вам навстречу, — предложил Тихонов.

— Нет, так тоже нехорошо, — возразил Иван. — Люди и так три дня ждут, когда мы работать начнем. Зачем заставлять их лишний день от вони задыхаться? Эх, а как было хорошо, пока все не случилось!

— Нечего хандрить, Ванек. Давай за работу приниматься. — Алексей затушил папиросу о снег и поднялся.

Лейтенант Тихонов решил воспользоваться представившейся возможностью и предупредить братьев о необходимости держать рот на замке.

— Если не хотите лишний раз людей тревожить, не стоит обсуждать с ними свою находку. Незачем панику в городе сеять, — обращаясь к Ивану, заявил он. — К тому же эта информация — тайна следствия, а за нарушение тайны следствия сами понимаете что полагается.

— Думаешь, мы горим желанием посудачить за пивом о том, как вытащили из мусора чьи-то останки? — У Ивана отвисла челюсть. — Господи! Да кто вообще такие темы обсуждает? Мне даже с братом неприятно об этом говорить. Да что там говорить, даже думать об этом лишний раз не хочется!

— Правильная установка, — похвалил Тихонов. — Надеюсь, вы с братом в этом вопросе солидарны.

— Пожалуй, нам пора, — заметил Уваров, опасаясь, что чем дольше они обсуждают эту тему, тем больше вызывают к ней интерес.

Помахав братьям рукой, он зашагал к первому подъезду. Тихонов немного помедлил, потом присоединился к напарнику. Вместе они вошли в подъезд, на лифте поднялись на девятый этаж и остановились у двери с номером пятьдесят четыре. Опрос они решили начать с верхних этажей и продвигаться вниз. Благодаря подробным записям, сделанным оперуполномоченным Уваровым со слов управдома, они имели представление о большинстве жильцов, с которыми им предстояло побеседовать.

В квартире пятьдесят четыре жил одинокий старик по прозвищу Леший. Бывший учитель, он привечал у себя ребятню и снисходительно относился к шалостям детей. С соседями ладил, хотя в друзья себе не взял бы никого. Дверь Леший открыл почти сразу, как будто стоял в коридоре и только и ждал, когда кто-нибудь позвонит. Работников правоохранительных органов Леший без разговоров впустил в квартиру. Выслушал, с чем пожаловали оперативники, позволил осмотреть квартиру, минуты три рассматривал рисунок Тараса Ильича, но в итоге помочь ничем не смог. Поблагодарив за разговор, оперативники ушли.

В квартирах пятьдесят три и пятьдесят два жильцов не оказалось на месте. Напротив этих квартир в своем блокноте Уваров поставил значок, означающий, что их требуется посетить снова. В пятьдесят первой квартире дверь им открыла молодая мамочка с грудным ребенком на руках. В квартиру впустила неохотно, на рисунок взглянула лишь мельком и поспешила избавиться от нежданных гостей.

— Такими темпами мы до майских праздников не закончим, — проворчал Тихонов, когда мамаша захлопнула за ними дверь.

— Согласен, надо разделиться, — поддержал товарища Уваров. — Будем обходить каждый свой этаж, затем сверять информацию и идти дальше.

Так они и поступили. Примерно в половине квартир им никто не открыл, а в тех квартирах, в которых жильцов удалось застать, осмотр и опрос прошел впустую. Ни в одной квартире они не обнаружили следов недавнего преступления, ни один из опрошенных не показался подозрительным, и ни один из них не признал мужчину с рисунка. Только в третьем подъезде им повезло. Миловидная женщина, проживающая на пятом этаже, долгое время всматривалась в рисунок, прежде чем вернуть его оперативникам, а потом осторожно задала вопрос: