Книга Лето горячих дел, страница 48 – Валерий Шарапов

Волошин понял, что полковник о чем-то догадывается или знает, но ему, Волошину, об этом знать не обязательно. И еще он понял, что его ни в чем не ограничивают и в обиду не дадут.

На Коломийца собрались подать в розыск, но не успели. Его труп с перерезанным горлом обнаружили под железнодорожной насыпью на трассе Москва – Сочи.

Искать дупло в парке Комов поручил внештатному агенту Кузе, а прикрывать его должен был Жигов. Народу наблюдалось мало – разгар рабочего дня. Кузя внимательно осматривал деревья вокруг пруда и вскоре обнаружил дыру в стволе толстой липы. Он сунул туда руку и вытащил спичечный коробок. Кузя улыбнулся – ему за успешно выполненное задание полагалась премия. Внезапно из кустов выпрыгнул некий тип в надвинутой на лоб кепке, сунул Кузе нож под ребро, схватил коробок и побежал вглубь парка. Только его и видели.

Но опытный разведчик Жига увидел, что произошло, моментально оценив обстановку, выхватил пистолет и дважды выстрелил в убегающего. Тот споткнулся и распластался между деревьями. Жигов в разведроте Комова числился снайпером по пистолетной стрельбе, поэтому редко промахивался. Установив, что оба участника жизненного спектакля мертвы, он забрал спичечный коробок и быстрым шагом отправился к выходу из парка.

«С трупами пускай Комов и милиция разбираются. Я свое дело сделал».

Прослушав доклад Жигова, Алексей спросил:

— А живьем взять не получалось?

— Мог уйти, – пояснил Жига, понурив голову. – Далековато до него было, и бегает резво.

Комов вынул из спичечного коробка клочок бумаги и прочитал записку.

— Назначили место встречи. Да это сейчас и неважно. Никто туда не придет. Поезд ушел, но на всякий случай решили обрубить все концы.

Жигов понял, что с него сняты какие-либо обвинения, и взбодрился.

— С днем рождения вас, товарищ капитан.

Комов на праздник никого не приглашал, но подготовился к приему гостей, зная нравы в своем подразделении.

«Кто захочет, тот сам догадается прийти».

Пришли все фронтовые товарищи, включая Волошина. При подобных мероприятиях звания и должности временно отменялись. Когда тосты «за здравие» закончились и началась досужая болтовня, Волошин отвлек Комова и утянул его на кухню.

— И что ты обо всем этом думаешь? – спросил майор, усаживаясь на табуретку.

Комов засмеялся.

— Ты, Валера, от работы ни на секунду не отключаешься: хоть свадьба, хоть похороны, хоть день рождения.

— Судьба такая, – Волошин улыбнулся в ответ, сверкнув вставленными на днях золотыми зубами. – Так что ты думаешь?

— Что я думаю… – Комов сделал небольшую паузу. – Мы как ученые лошади в цирке: ходим по кругу и возвращаемся всегда в одну и ту же точку. Опять все концы обрублены.

— Оно так, – согласился Волошин. – Но мы поняли главное: это не какие-то единичные прецеденты, это работает система, просочившаяся в высшие круги силовых ведомств. Случившееся с Табаком тому пример. А Табак ведь не туз и не валет, а шестерка, разве что слегка козырная. Иначе бы его не ликвидировали. Но свою работу мы выполнили – обезвредили банду Табака. Остальное пока что досужие домыслы, а начальство не интересуют попытки, их интересует результат. Без работы мы не останемся – бандитов и прочих мерзавцев выше головы. А в процессе нашего доблестного труда, глядишь, что-нибудь и проклюнется, и мы сможем завершить табачную историю. Как там: «Мы рождены, чтоб сказку сделать былью». Но надо копать шире и глубже, а потом выкорчевывать с корнем.