Книга Не время умирать, страница 25 – Валерий Шарапов

— След мог кто-то перекрыть, в похожей обуви, – добавил Остапчук.

— Вы правы. Была и такая версия. Потому я не утверждаю, что убийцу надо искать где-то на вашей… на нашей с вами земле. Наш район – ближайший густонаселенный к очерченному квадрату, на котором имели место быть предыдущие случаи.

— А другие районы – пусть себе потрошат? – съязвил Остапчук.

— В другие районы сигнал подан, – сухо сообщила Катерина. – И я тут не для того, чтобы переругиваться, выполняю приказ непосредственного командования…

— Ладно, ладно, завелась, – проворчал сержант, – толком говори, что делать.

— Вести разъяснительную работу среди родителей, педагогов, девочек указанного возраста, по возможности организовать общественное патрулирование.

Сорокин постучал карандашом по столу:

— Шутить изволишь? Так, ладно, чтобы не переругиваться… превенция – это чрезвычайно умно и мило, а искать кого?

Катерина, вздохнув, ответила:

— Кого угодно. Уголовника, имеющего судимость по аналогичным делам…

Остапчук резонно заметил:

— Такие изверги редко с зоны выходят. Там остаются, в отхожих местах. У нас в районе подобного навоза точно нет.

Акимов вмешался в разговор:

— Судимого, так? Соображающего, как и что мы обычно ищем. Может, бывшего, из органов?

Остапчук возмутился:

— Говори, да не заговаривайся. Где и когда ты такое у нас видел?

— Возможно, хромого, – добавила Катерина, не отреагировав. – По наблюдениям след одной ноги глубже другого следа. Размер ступни большой, не исключено, что высокий.

— Может, инвалида тщедушного? – предположил Сергей.

Капитан снова постучал карандашом по столу:

— Ты к тому, что физически слабый человек нападает на тех, кто не может дать ему отпор?

— Нечто вроде…

Сорокин заметил:

— Экивоки – это заразно. Глупая главковская привычка. Не нечто вроде, а именно так. Но удавка, примененная умело и неожиданно, уравнивает любые силы. К тому же, насколько я понял из ее блеянья, похоже, что жертвы по каким-то причинам подпускали его.

— Может, знакомый? – предположил Акимов.

— Или просто слово секретное знает, – добавил Остапчук, – имеет подход, удивляет.

— И не факт, что вот эта, – Сорокин ткнул пальцем в сторону Катерины, – нашла след именно убийцы.

— Вы правы, – покорно согласилась она, – уверенности нет, потому и лучше не упустить все возможные варианты.

Остапчук, откашлявшись, снова заговорил:

— И все-таки я бы, товарищи, предложил искать молокососа.

— Почему так? – спросил Акимов.

— Тычут острым наугад, и неоднократно, малолетние.

— …Или ненормальные, – добавил капитан.

— Или вообще бабы, – закончил сержант.

Введенскую передернуло.

— Только не это. И к тому же не наугад натыкано. Удары наносились точно.

Сорокин подвел итог:

— Все понятно: на всех обращайте внимание. На тех, кто появился недавно или наезжает время от времени… Есть такие, товарищ Остапчук?

— Ну как не быть! – съязвил Иван Саныч. – Свеженькая лимита прибыла с деревень – один другого краше. Кстати, вот, сразу отправляйте товарища следователя Акимова шерстить фабричный оргнабор, который понабрали на нашу голову.

Сергей в долгу не остался:

— Шерстить в таких случаях надо толкучки – вот первое дело!

— Вещи мы нашли, – заметила Катерина.

— А вот футляр пропал! – возразил Акимов. – Почему не предположить, что и у других он что-то ценное отбирал, тряпье складывал для коллекции, а ценное продавал.