Книга Холодное золото, страница 82 – Валерий Шарапов

— Причем въехал он в лужу сразу двумя сторонами машины, – с иронией добавил Егоров.

— Верно, верно! В общем, в данный момент Сычев стоит возле дома Воинова. И только что он мне звонил, как и ты, из автомата, и сообщил, что видит на другой стороне улицы небесно-голубой «Москвич» с номерами, заляпанными грязью. И если кто-то подъедет и ему поможет, то можно будет взять хозяина этого «Москвича» прямо на месте.

— Все, я тебя понял! – сказал Егоров. – Говори адрес.

— Это на Малой Бронной, почти на пересечении с Большой. Старый шестиэтажный дом, вход со двора. Но Сычев дежурит не во дворе, а на улице, чтобы держать в поле зрения «Москвич».

— Ты сейчас туда едешь? – спросил Егоров.

— Ну да, вот встаю и сажусь в наши «Жигули».

— Ну, у меня машины нет, я на метро поеду. Если успею, там встретимся.

И Егоров выскочил из будки и побежал к метро. Ему все время казалось, что все вокруг движется слишком медленно: и эскалатор на станции, и поезд никак не подходил, а потом, когда подошел, целую вечность стоял у платформы, а потом еле тащился… Но вот наконец капитан выскочил из метро, свернул за угол и помчался по Малой Бронной улице. Ему пришлось пробежать всю улицу, пока в самом ее конце он не увидел старый шестиэтажный дом. Здесь капитан перешел на шаг: не стоило привлекать к себе внимание, ведь бегущий человек всегда привлекает к себе внимание.

Егоров прошел еще несколько метров и увидел на другой стороне улицы машину небесно-голубого цвета. Да, это был, несомненно, тот самый «Москвич». А затем капитан разглядел среди машин, стоящих у края улицы, и темно-зеленые «Жигули» – эта машина совсем недавно поступила в хозяйство МУРа.

Егоров перешел на совсем уже прогулочный шаг и подошел к «Жигулям». Боковое стекло машины опустилось, и Егоров обратился к сидевшему за рулем капитану Храпченко:

— Ну что, фигурант на месте?

— На месте, куда ж ему деться? – ответил Храпченко. – Видимо, ждет, когда Воинов выедет со двора. Я так понимаю, он составляет график его поездок и маршруты движения выясняет. Вообще собирает информацию об объекте наблюдения.

— Значит, ты собираешься ждать, когда фигурант двинется с места, и следить за ним?

— А чего мне за ним следить? Я главное выяснил – я установил факт слежки. И что это машина того человека, которого ты ищешь. А уж как теперь поступить – тебе решать.

— Я решил так: будем брать, – сказал Егоров. – Где твой Сычев?

— Во дворе, возле «Волги» дежурит. Как Воинов выйдет из дома, он должен выйти из вон той арки и подать мне знак.

— Ладно, обойдемся и без Сычева, – решил Егоров. – Что мы, вдвоем не справимся? Пошли.

Храпченко вышел из машины, и они вдвоем все тем же прогулочным шагом двинулись вперед, где виднелся приметный «Москвич». Они шли не вместе, а вроде как каждый сам по себе, и ничем не могли привлечь чье-то внимание. Детали операции по задержанию водителя «Москвича» они не обговаривали, потому что такие операции в МУРе проводились не раз, и их методика была отработана. Один из участников операции (в данном случае Егоров) должен был подойти к машине подозреваемого со стороны тротуара, постучать в стекло и о чем-то заговорить с водителем – например, попросить у него прикурить. Его задачей было отвлечь внимание водителя. Когда тот повернет голову в его сторону, второй участник команды (в данном случае Храпченко) подходит со стороны дороги, резко распахивает дверь машины и требует у водителя документы, одновременно объявляя, что он задержан. Если подозреваемый в этот момент попытается уехать, то Храпченко сует ногу в машину и блокирует педаль сцепления. А если водитель попытается выхватить оружие, то тут на помощь Храпченко приходит Егоров. В общем, все было предусмотрено.