Книга Палач приходит ночью, страница 95 – Валерий Шарапов

С его доводами пришлось согласиться. И к Кларе прилип «хвост».

Заодно особисты осторожно подвели к ней своего человека — сотрудницу райвоенкомата. Как раз появился повод — распределение выделенной комендатуре для гражданских служащих продовольственной помощи, которым занималась агентесса, что в голодные времена весьма актуально. В общем, предложила она Кларе чуть схитрить, чтобы что-то выгадать, — на Украине обычное дело. Народ у нас ко всяким хитрушкам, чтобы что-то взять сверх положенного, весьма склонен. На этой почве дамы зацепились языками. Поведали друг дружке о своей тяжелой женской судьбе. И стали почти подружками.

Похоже, Клара, пребывавшая в вечном нервном напряжении и подозрительности, как и любой шпион, нашла в лице сослуживицы человека, которому можно поплакаться. Расслабилась. Вот только ничего ценного не сообщила. Зато утопила в словах. Сетовала, что годы проходят, а счастье все не приходит. И что она дама, цену себе знающая, абы на кого не клюющая. Но так хочется крепкого мужского плеча. Чувств. Любви. И вот вроде есть такое плечо, но самого мужика нет — он все время где-то в разъездах, приходит нечасто. Но он все же из редких птиц, за кого можно и в омут с головой. И она готова в омут. Но вот только плохо, что и в самом деле с таким до омута недалеко. А если задуматься, так в омут ей особенно и не хочется. Жизнь ныне опасная: сегодня жив, завтра нет. А годы проходят. Да и вообще… Ну а замкоменданта — так, минутное увлечение и возможность пристроиться на теплое местечко. Больше этого козла безрогого к себе не подпустит.

Твердое мужское плечо — скорее всего, под ним подразумевались достаточно узкие плечи Скрипача. Вообще, при изучении многословных агентурных сообщений возникало ощущение, что читаю сопливый французский романчик о суровой доле, выпавшей воздушной и нежной красавице, ищущей большую любовь.

Агентесса аккуратно попыталась перевести разговоры на политику, сказала, что вот власти строгий порядок в Республике наведут, тогда и у простой бабы появится шанс на счастье. Тут милое лицо Клары перекосила злая гримаса. «Порядок? Это ты про кацапов?!» Но быстро взяла себя в руки, заявив, что политика не ее дело и лучше о мужиках говорить, — те хоть понятны, в отличие от всей этой политики. Но на миг приоткрылся дремлющий вулкан. И очень похоже, что она не жертва обстоятельств и страстей, а идейная украинская националистка.

«Наружка» не сплоховала. Шел восьмой день моего бестолкового пребывания в Луцке — ох, не привык я столько времени бездельничать в ожидании. И тут пошли добрые вести.

Засекли наши разведчики из «наружки» контакт фигурантки. Да еще какой!

— Он прямо внаглую к ней и заселился, — сообщил, улыбаясь как ребенок, получивший конфетку, майор Розов.

— С чемоданами и тортом? — хмыкнул я.

— Ну, наверняка с гостинцами пришел, — заверил Розов. — Бандеровцы много денег и продовольственных карточек награбили. Есть чем поделиться с дамами сердца.

— Теперь будем их брать, — в сладостном предвкушении улыбнулся я.

Ну что, Скрипач, наконец-то встретимся! Интересно, вспомнишь ты меня, узнаешь в потертом жизнью волкодаве того щенка, который пять лет назад помогал прихлопнуть в Бродичах вашу оуновскую ячейку?

— Думаешь, стоит? — выжидательно посмотрел на меня майор.