Онлайн книга «Люди без прошлого»
|
Павел спотыкался, переходил на шаг, чтобы отдышаться, снова ускорялся. Погони не было — давно бы догнали. Овраг петлял через поле, продолжался в лесу. Кроны сосен маячили над головой. Он выбрался наверх, шатаясь, двинулся к ближайшему кустарнику, повалился ничком. Сердце выскакивало из груди, зрение туманилось. Погони не было. Неужели? Он ощупал голову, взъерошил окровавленные волосы. Голова раскалывалась — сегодня, кажется, буквально… На проселочной дороге, связывающей Плиевск с ближайшими деревнями, он поймал вяло ползущий «Москвич-400». Просто вышел на дорогу и не уходил, пока не уперся коленями в бампер. Пожилой водитель перепугался, хотел сбежать. Зрелище страшное — невменяемый мужик с окровавленной головой и блуждающим взором. Слово «милиция» немного упокоило. — В город направляешься, товарищ? — прохрипел Павел, забираясь на заднее сиденье. — Вези меня в городскую больницу, пока я тут тебе весь салон кровью не уделал… Он выдержал дорогу, ни разу не провалился в обморок. Добрел до приемного покоя, постоял, держась за стенку. Ахнула пробегавшая мимо медсестра Клара Георгиевна, подхватила уже падающее тело. — Снова вы? Да что же такое с вами происходит, товарищ Болдин? С каждым разом все хуже и хуже… Люба, бегом сюда! — позвала она коллегу. — Помоги довести человека, пока он может передвигаться! Пойдемте, товарищ, — она сжала его локоть сильной рукой. — Ваше счастье, что доктор Якушев снова дежурит, он вас осмотрит… Сознание ускользало, разъезжались ноги. Плохо помнилось, как его вели в процедурный кабинет. Болдин сидел на кушетке, клевал носом, перед глазами витало озабоченное лицо доктора. В открытую дверь заглядывали любопытные медсестры. — И почему я уже ничему не удивляюсь? — бормотал доктор, осматривая рану. — Как вам это удается… Павел Викторович, если не ошибаюсь? Да, не ошибаюсь, вас скоро вся больница будет знать. Объясните, почему вас все время бьют? — Работаю, Иван Денисович… — прошептал Павел. — Работа такая… Вы пропадаете, Иван Денисович… — Я не пропадаю, — строго сказал Якушев. — Это у вас сознание пропадает и зрение отказывает, потому что нервы, боюсь, повреждены. Примите поздравления, Павел Викторович, у вас в голове дырка. — Не может быть, вы, наверное, шутите, доктор… — Сидите смирно, постараемся ее заделать, чтобы последние мозги не вытекли. Вы просто уникум, милейший. То ребра вам лечим, то плечо вправляем, а теперь прикажете голову латать? Ладно, не шевелитесь и не вздумайте заснуть, очень вас прошу. Клара Георгиевна, вы сюда понаблюдать пришли? Несите все, то нужно, не мне вас учить, будете помогать. Гремели миски, струилась на голову теплая вода. Опасное место обеззаразили, доктор накладывал шов. Обезболивающий укол почти не действовал, но Павлу было плевать. Медики накладывали повязку на голову, она гудела, неслась по кругу, как веселая карусель. Медсестра закончила свое дело и удалилась с гордо поднятой головой. — Живы? — осведомился Якушев. — Пообещайте, Павел Викторович, что больше так делать не будете. — Доктор, как я могу пообещать? — Действительно, — улыбнулся врач, — наивная просьба. В вашем ведомстве все такие вредные? То Константин Юрьевич, который вел себя подчас просто вызывающе, игнорируя процедуры, то вы… Простите, — смутился доктор, — ляпнул, не подумав. Сожалею о том, что случилось с товарищем Микульчиным. Когда сказали — не поверил. Прийти на похороны не смог, не моя вина — полдня проводил сложную операцию, после которой был буквально выжат. На следующий день приехал на могилу, положил цветы. Хороший был человек, если забыть его наплевательское отношение к собственному здоровью… Надеюсь, к вам это не относится? Очень жаль, Павел Викторович, но отпустить вас не могу. Совесть советского врача не позволит. Нужно провести обследование, сделать рентген, просто понаблюдать вас в течение пары дней. И это даже не обсуждается. С головой не шутят. Мне жаль, но примите реальность во всей ее безжалостности. Сейчас сестра проводит вас в палату, получите белье, больничную одежду — и давайте не выделываться, ладно? Завтра утром я позвоню вашему начальству, сообщу неприятные известия. |