Книга Крик филина, страница 39 – Валерий Шарапов

— Имеешь право, – охотно согласился с ней Орлов. – Конечно, имеешь. Просто я сдуру вдруг подумал, что ты завязала шляться по притонам и торговать своим обольстительным телом. А ты всего-навсего отдыхаешь от трудов праведных. Чему ж ты, Зинаида, в таком случае можешь научить свою младшенькую?

— Ошибаешься, начальник, – усмехнулась Зина, – ой, как ошибаешься. Если хочешь знать, я за свою Клавку любому глаза выцарапаю, пускай только кто попробует ее тронуть. Если уж я непутевая выросла, пускай хоть она в люди выбьется. Ты-то, начальник, какими судьбами здесь? По делам али по любви неразделенной? – поинтересовалась она и заговорщически подмигнула ему без меры накрашенным глазом: – Колись.

— Этого я тебе не скажу. Мои дела твоего мелкого ума не касаются. Так-то вот.

Они шли прогулочным шагом, со стороны можно было подумать, что гуляют, мило беседуя, двое влюбленных. И только по тому, как девушка неестественно громко хохотала и с наигранной беспечностью помахивала сумкой, было понятно, что случайная встреча с мужчиной ее вовсе не радовала. На первом же перекрестке Зина решительно оттолкнула его руку:

— Мне туда, гражданин начальник, вы уж извиняйте.

Она резко повернулась и вызывающей походкой, как магнитом притягивающей мужские взгляды, зашагала прочь. Невольно проводив озорными глазами ее прямую покачивающуюся спину, Орлов развернулся и на ходу запрыгнул в автобус.

— Гони, Заболотников! – весело крикнул он и от души приложил водителя ладонью по спине. – Посмотрим, как там знакомый Журавлева служит – за страх или за совесть. – И сам же захохотал над своей шуткой.

Возле отделения милиции в этот раз было многолюдно, чего Илья никак не ожидал. Все эти люди, судя по их одежде защитного цвета, относились не к милиции, а к военнослужащим. Небольшая группа человек из пяти стояла в сторонке, недалеко от входа, и о чем-то вполголоса переговаривалась. Другая находилась возле стены, плотно прислонясь к ней спинами; еще несколько солдат сидели на корточках, молча курили – сизые дымки вились над их головами в пилотках с красными звездами. Остальные красноармейцы толпились около березы, в тени ее раскидистой кроны.

— Что за дела? – взволнованно спросил Орлов, ни к кому конкретно не обращаясь. Не дожидаясь полной остановки, он спрыгнул с подножки автобуса и торопливо зашагал к отделению.

— Здорово, орлы! – крикнул он, махнув рукой всем сразу. – Загораем?

От группы солдат, стоявших у палисадника, отделился молодой офицер и направился навстречу Орлову.

— Товарищ капитан, разрешите обратиться?

— Разрешаю! – хрипло ответил Клим, исподлобья оглядывая ладную фигуру в пыльной одежде защитного цвета.

— Лейтенант Худяков, – представился офицер. – Мы тут полчаса назад с бандитами схлестнулись. Двоих успели положить, третий убежал дворами. Так и не смогли догнать: должно быть, местный, все закоулки знает. Мои бойцы его ранили, говорят, прихрамывал…

— Что ж вы его тогда не взяли? – с досадой воскликнул Орлов. – Ротозеи!

— Так обстоятельства сложились, – развел руками лейтенант Худяков, сильно недовольный тем, что вместо благодарности получил нагоняй. Да еще не от своего непосредственного командира, а от милицейского начальника, которому он, собственно, не подчиняется. – Хорошо, что с этими двумя справились. Они ведь как черти отстреливались, троих моих ребят ранили. Бандюки эти за домом лежат.