Книга Холодные сумерки, страница 113 – Валерий Шарапов

— Несчастный случай, – заключил капитан. – Тут брат Ирины тоже ни при чем, железное алиби.

— Ага, – кивнул Дмитрий и только потом спохватился: – Какое еще алиби? Были основания считать, что не просто несчастный случай?

— Да нет, – протянул капитан, явно снова пожимая плечами. – Ну не нравится он мне, что теперь, не проверять?

«А я вообще ревную, но лучше бы проверял. Раньше, в смысле».

— Проверять, – кивнул Дмитрий. – Потому что мало ли что. Слушай, капитан… понимаю, что пятнадцать лет прошло, но, может, вспомнишь? Как эта Ирина выглядела-то?

— Маленькая, тощая. В мать пошла. И волосы на фото чернющие. Необычная, в общем. На любителя, но я ее мать тогда опрашивал и так скажу: понимаю, почему мужики косяками шли. Была в ней такая… чертовщинка, знаешь?

От количества совпадений хотелось бежать и хватать Шабалина, но было нельзя. Ну, схватил ты его, а дальше что? А дальше нужны доказательства для суда, а не одни косвенные улики. Хорошие, надежные доказательства.

«А пока что у меня даже не косвенные улики, а то, что вилами по воде пишут».

— Знаю, – вздохнул Дмитрий. – Ладно. Спасибо, капитан, выручил. С меня причитается.

Он положил трубку, и кошка разочарованно мяукнула, словно говоря: «А как же провод?!»

— Добуду я тебе мышь, – пообещал Дмитрий, вспоминая ветеринара и ленточку. Посадил Ксюшу на колени и принялся поглаживать. – И когтеточку тоже. А ты мне поймаешь взамен психа-убийцу. Говорят, кошки мышей ловят и на пороге оставляют. Представляешь, как хорошо было бы: просыпаешься утром, а на пороге труп маньяка лежит и ждет оформления. Красота! Можно даже без улик, главное, что труп, который уже никого не убьет. И живых тоже не надо. Не хочу проснуться и увидеть перед собой психа-убийцу. Так что если принесешь, то души, пожалуйста, до смерти.

Телефон разразился трелью, и Ксюша, мяукая, унеслась в коридор, по пути разодрав Дмитрию руку.

— Вот зараза, – беззлобно заметил он, снимая трубку. – Алло?

— Тащ майор, это из дежурки беспокоят, – жизнерадостно ответили с того конца телефонного провода. – Простите, что вечером, но вам тут из бани звонили. Просили передать, что освободилось время для массажа, потому что симферопольский через три дня должен улетать. А вы туда часто ходите? Хороший терапевт-то? А почему в баню?

— Потому что начальник. А терапевт наилучший, но не про сержантов. Спасибо, учту. Как у вас там, спокойно?

Под рутинный отчет о мелочовке думалось хорошо, быстро. Да и чего тут было думать? Если гастролер уезжает через три дня, значит, к этому времени он должен получить, что хочет. В идеале за день, потому что сутки стоит выждать, пока уляжется шум. В первый день ведь будут шерстить все, что улетает, уплывает или уезжает. Во второй тоже, но уже не так, потому что любые проверки со временем становятся рутиной. Но если преступник рисковый, то может пойти на дело и через три дня. А если очень осторожный – то и завтра. И где найти время на все? Час в засаде – хорошо, а добираться? Еще по часу в каждую сторону. Минус три часа каждый день в три дня…

«Руководить – значит делегировать. И нечего тут ныть, что хочется лично кого-нибудь поймать, раз уж маньяка не получается».

Прощаясь, Дмитрий пришел к мысли, что нужен компромисс с собой. Завтра в засаде посидит Иван с группой, послезавтра, в самое вероятное время, – он сам, а после-послезавтра – Михаил.