Книга Холодные сумерки, страница 124 – Валерий Шарапов

По-хорошему, голову надо было перевязать, но для этого требовалось отложить оружие. И потратить время, которое и так уже шло в долг. Кафе молчало, и это молчание говорило Дмитрию о том, что все еще не закончилось, что ситуация все еще напряженная. Тишина готова была взорваться выстрелом или криками.

«Господи, хоть бы этот несчастный не нашел здесь Гошу. Мог же будущий студент именно сегодня не пойти в чертово кафе, а, скажем, объявить траур по Алене и остаться дома горевать? Или, наконец, вовремя отлучиться в туалет и вылезти в окно, когда поднялся шум?»

Пустая мысль. Инстинкт говорил, что тишина эта – пауза перед чем-то жутким.

По деревянной лестнице на второй этаж Дмитрий поднимался, прижимаясь к стене, чтобы скрипа было как можно меньше. Все равно шаги, казалось, отдаются эхом на все здание.

А может, и не казалось. Или у этого охотника уши были, как у рыси. Как бы там ни было, стоило Дмитрию высунуть голову, чтобы оглядеть зал между столбиками ограждения, как грохнул выстрел. Пуля выбила из штукатурки на стене облачко пыли метром выше, и Дмитрий нырнул обратно.

Главное он, впрочем, увидеть успел. Савелий стоял у дальней стены, между двумя окнами. За столиком перед ним сидели двое: Гоша и незнакомая девушка. Больше людей на этаже не было – разве что они лежали на полу.

«Но каков черт. Стоит так, чтобы с улицы видно не было».

В руках у охотника была обычная двустволка, и это значило, что один выстрел он уже потратил. Перезарядка заняла бы пару секунд, и этого времени Дмитрию хватило бы, чтобы вскочить и взять его на прицел. Надо было просто дождаться щелчка, с которым откидываются стволы. Или второго выстрела – в Гошу.

— Одной пули мне хватит, – спокойно проговорил Савелий, горло у которого совсем прошло. – Девица ни при чем, да и вы тоже. Если не подставитесь. Не думайте, что я промахнулся случайно, просто зачем невинная кровь на руках?

— Тогда почему бы ее не отпустить, если она ни при чем? – поинтересовался Дмитрий, не испытывая ни малейшего желания подставляться, пока этого можно было избежать. Пока охотник говорил – он не стрелял. А пока не стрелял – был шанс уговорить, начав с малого. – Пусть идет?

— Пусть сидит. – Голос охотника стал жестче, то ли в ответ на слова, то ли на невольное движение девушки. – Алена моя тоже постоянно рядом с этим бегала. Жаль, поздно поняла, что не надо было. Эта поймет быстрее. Может, запомнит.

«Да, шанс уговорить-то есть, но только если говорить то, что надо».

Сейчас Дмитрий отдал бы что угодно за всего одну ночь сна. После десяти суток этого чертова дела, почти без отдыха, в голове стоял туман, превращая восприятие в вату. Адреналин, несший его с момента остановки у кафе, выветривался, и за него приходилось платить сверху – в первую очередь отсутствием уверенности в себе, в выборе правильных вариантов. Тем более что с первым уже не угадал.

Надо было как-то сбивать этого человека с настроения, потому что убить человека – это сложно даже для охотника, действительно сложно, а когда есть сомнения – сложно вдвойне.

— Хотите закурить? – неожиданно для самого себя спросил Дмитрий. – Простите, не знаю, курите ли. Мне-то нельзя, запрещено. А пачка в кармане лежит, жалко, если пропадет.

— Кем запрещено? – В голосе Савелия прорезалось удивление, и Дмитрий скупо улыбнулся. Вопрос – уже интерес к чему-то, кроме убийства. Только улыбка получилась механической, через тот же туман. – Неужели по службе нельзя?