Книга Холодные сумерки, страница 83 – Валерий Шарапов

— Илья Алексеевич? Здравствуйте. Меня зовут Дмитрий Владимирович Меркулов, я – майор юстиции. У вас найдется время? Хотелось бы поговорить о деле, которое требует консультации. Иными словами, мне нужны ваши знания.

— Мои… знания? – недоуменно спросил профессор. – А вы… вы не за мной?

— За вами? – в свою очередь удивился Дмитрий. – А есть причина? Впрочем, может быть, поговорим внутри, не на площадке?

— А? Да-да, конечно. – Муравьев засуетился, отступил в сторону, пропуская Дмитрия вперед. – Не убрано у меня, вы уж простите…

Окна в квартире и правда были занавешены наглухо, зато лампы горели во всех комнатах.

«Значит, дело не в какой-нибудь светобоязни. А в чем тогда? Во что я опять впутался?»

Заваленный бумагами и книгами кухонный стол, кажется, служил одновременно рабочим уголком. Пока хозяин ставил чайник на плиту, Дмитрий сдвинул в сторону последний выпуск журнала «Советская археология», освобождая место для чашек.

— Прежде чем мы поговорим о моем деле, Илья Алексеевич, скажите, зачем за вами приходить майору милиции? Вы ведь видели документ в глазок, верно?

— Я не знаю.

Плечи профессора поникли. Дмитрий нахмурился.

— Простите, я не понимаю. Хорошо, тогда почему вы предположили, что я пришел за вами, если даже не знаете почему?

— За мной следят, – просто ответил профессор. – А кому еще, кроме вас?

«Так, приехали. Какой генерал позвонит мне на этот раз? КГБ?»

Дмитрий тряхнул головой. Генералы генералами, но любой службе все равно нужен повод. К тому же если уж следил КГБ, то он и сам мог бы сотрудников Комитета госбезопасности не заметить, а уж университетский преподаватель…

— А у нас есть основания? Ну, на ваш взгляд?

Профессор снова пожал плечами, ставя перед ним чашку с индийским чаем. Себе он приготовил такую же, только плеснул туда чего-то крепкого из металлической фляги.

— Не знаю. – Сказав это, профессор впервые за время беседы улыбнулся. – Вы же знаете, как это бывает. Я ведь многое видел. Сегодня повода нет, завтра есть, а знаешь о нем или нет – это, как говорится, не проблемы проверяющих. Видите ли, я занимаюсь историей, социологией, мифологиями и древними культурами, вот… мало ли сейчас это снова будет нельзя? А у меня тут книги, понимаете, частью иностранные, переписку с коллегами веду. Все исключительно научное, но кто вас знает?

— Допустим, – признал Дмитрий, вспоминая ту же чертову порнографию и тот же чертов видеосалон. Или, действительно, динамику отношения к религии со стороны партии. Недоверие к системе было обидным, но в целом понятным, особенно если профессор на самом деле затрагивал какие-то пограничные политически темы. – Но если и следим, то не мы. Конечно, будь это мы, я бы тоже так сказал, но все равно прошу поверить. К слову, а почему вы уверены, что за вами следят?

История получилась простой. Впервые Илья Алексеевич заметил этого человека полтора месяца назад, просто столкнулся с ним на выходе из гастронома и удивился взгляду – внимательному, пронзительному. Если бы не это – обычный мужик, небритый, в джинсе и кепке, надвинутой на лоб. Извинился, попробовал выбросить воспоминание о нем из головы – и выбросил, отвлекшись на лекции и занятия. А потом заметил этого же мужчину еще раз, за окном парикмахерской.

— Это может быть совпадением, – заметил Дмитрий, отпивая чай. – Может быть, кто-то из соседей?