Книга Станция расплаты, страница 72 – Валерий Шарапов

В ожидании звонка он вертел в руках затертый клочок карты автодорог Московской области. На этой карте не было пометок, как на картах железнодорожных путей. Она отображала участок Подмосковья в радиусе двухсот километров от столицы и захватывала приличный кусок, включая и железнодорожный путь до Ярославля. Зачем Юрченко понадобилась эта карта? Просто для синхронизации направления или с какой-то конкретной целью? Этого Гудко не знал. Стрелки часов приближались к часу дня, а телефон так и не зазвонил. Вздохнув, он бросил карту на стол и поднялся. Карта легла тыльной стороной вверх, и взгляд Гудко буквально приковало к затертому листу. Пару минут он смотрел на листок, не двигаясь. Затем поднял его вновь и поднес к свету. На оборотной стороне карты виднелась надпись. Она была старательно затерта, но недостаточно тщательно для того, чтобы исчезнуть без следа. Подхватив листок, Гудко выбежал из кабинета и помчался в лабораторию.

Через десять минут у него в руках оказался лист бумаги с координатами военной части, дислоцируемой в ста километрах от Москвы в городе Боблово. Как сообщил Гудко аналитик, часть являлась засекреченным объектом и на картах не обозначалась. Вот для чего Артему Юрченко понадобились эти записи. Координаты военной части и ее местоположение. По какой причине он стер запись, было не столь важно. Главное, что у Гудко появилась новая зацепка, которую он считал более перспективной, чем поиски в городском архиве совпадений примет хромого мужчины.

Гудко поблагодарил аналитика и, выйдя из лаборатории, остановился в раздумье. Следователь Супонев вместе с капитаном Абрамцевым уехали в Можайскую колонию и могли пробыть там весь день. Что же делать ему? Оставить все как есть до их приезда или нанести визит начальнику военной части, не поставив в известность начальство? Что вообще он надеется там найти? Гудко точно знал, на что он надеется. Военная форма, в которую облачились преступники, могла быть вовсе не прикрытием. Возможно, секретная военная часть — это и есть ключ к разгадке. Он просто не мог себе позволить потерять сутки в ожидании информации, которой, быть может, не существует, когда реальный шанс кое-что выяснить сам идет к нему в руки. Но также он понимал, что, не получив официальных полномочий, в секретной военной части ему делать нечего. Его не подпустят даже близко ни к персоналу, ни к военнослужащим, ни к информации о них. После коротких размышлений Гудко махнул рукой: «Эх, была не была!», и направился в кабинет подполковника Семипалова.

В это же самое время капитан Дангадзе стоял в крохотной спальне многоэтажки и пытался привести в чувства двух дружков-пропойц, Воеводина и Якушкина. В дом Воеводина он приехал около десяти часов дня, но, как выяснилось, Воеводин еще не вернулся. Дангадзе прождал час, после чего решил съездить в Управление и узнать последние новости, а позже вернуться к Воеводину. Это была ошибка. Воеводин вернулся в четверть двенадцатого, да не один, а вместе с дружком. Оба сразу завалились спать, потому как были все еще пьяны. Мать не препятствовала, уложила гостя на полу в спальне сына, сама же занялась приготовлением обеда. Она знала, что, проснувшись, сын и его приятель будут голодны, и, не желая выслушивать оскорбления, решила приготовить куриный бульон и что-то более существенное.