Книга Родня до крови, страница 75 – Валерий Шарапов

— Опрос друзей и знакомых жертвы, определение места, где в последний раз видели пропавшего, осмотр личных вещей в поисках зацепки, которая подскажет причину пропажи, – начал Бибиков и сам себя поправил: – Только в нашем случае последовательность действий несколько другая, ведь нам изначально было известно, где пропал человек и при каких обстоятельствах.

— Верно, Леонид, данное расследование с завидным постоянством сворачивает в сторону, словно пытаясь пренебречь следственными догмами. – Лобанов внезапно подмигнул собеседнику. – Поэтому мы с тобой по плану не пойдем. Для начала мы попробуем определить, какая информация, полученная нами за три дня, является важной для определения местонахождения Татьяны Рогачевой, а какая может увести нас в сторону от поисков девушки.

— Сложно это, – подумав, произнес Бибиков. – Взять, к примеру, взаимоотношения Артема и Татьяны: да, они родственники, но отношения между ними не слишком сердечные. В случае с Артемом еще и не совсем честные. И что нам это дает? Прохладные отношения, ссоры сестрой и вымогательство денег позволяют поставить Артема в разряд подозреваемых, только вот не успели мы это сделать, как он из подозреваемых превратился в жертву. И теперь нам придется решать: исчезновение Татьяны и смерть Артема – звенья одной цепи или, как вы говорили, появление в деле трупа брата только уведет нас от основной цели – поиска девушки.

— Ого, хорошо соображаешь, – похвалил Лобанов. – Вычленил самое главное. На самом деле если говорить о масштабе, то сейчас нам действительно нужно определиться, считаем мы смерть Артема и исчезновение Татьяны взаимосвязанными или нет. Если да, то на нас ложится сразу два дела, если же нет – мы смело можем передать поиски убийцы Артема другим оперативникам.

— И как же мы определимся?

— Пункт номер два, мой друг, – напомнил Лобанов. – Что мы хотим доказать или опровергнуть?

— Мы хотим доказать, что исчезновение Татьяны носит криминальный характер, – бодро начал Бибиков, но внезапно сбился с делового тона: – Товарищ капитан, как вы думаете, Татьяна мертва?

— Знаешь что, Леонид, пора тебе выучить мое имя. Зовут меня, если ты не в курсе, Алексей. Не терплю всяких там Леш и Лех, в принципе не признаю, когда сокращают имена.

— Так вот почему вы всегда называете меня Леонид. – Бибиков понимающе кивнул. – Значит, никаких сокращений.

— Да, никаких, и для тебя я Алексей Николаевич, при посторонних – товарищ капитан, – продолжил Лобанов. – Сам понимаешь – субординация и все такое. И потом, пуд соли мы с тобой еще не съели, так что остановимся на полуофициальном обращении по имени-отчеству. Обращение «товарищ капитан», когда ты полуголый принимаешь меня на своей кухне, звучит карикатурно. Тебе так не кажется?

— Согласен, – Бибиков кивнул.

— Что касается твоего вопроса, – Лобанов вернулся к основной теме разговора, – профессиональный опыт подсказывает мне, что живой мы Татьяну не увидим. Конечно, бывают исключения и людей находят живыми через несколько месяцев и даже лет, но я почти уверен, что это не наш случай.

— Почему?

— На этот вопрос я ответить не могу, – признался Лобанов. – Просто чувствую, и все. Да, бывает, что люди, ведущие абсолютно не криминальный образ жизни, всем вроде довольные, не влезающие в неприятности, уходят из дома добровольно. Но, если копнуть глубже, обязательно найдется причина, по которой они это сделали. Не бывает такого, чтобы человек проснулся утром и решил: все, с меня хватит, ухожу куда глаза глядят. Такое поведение больше свойственно подросткам, которым гормоны не дают спокойно жить. В нашем случае речь идет о двадцативосьмилетней женщине. Даже если она не была счастлива в браке или ее тяготила работа, она вряд ли решилась бы исчезнуть и начать жизнь с чистого листа, не взяв при этом документы, не уволившись с работы и не предупредив ни одну из подруг.