Книга Короли городских окраин, страница 84 – Валерий Шарапов

Сегодня он не успел дойти до школы, из предрассветного тумана вынырнула тоненькая фигурка в школьном платье и переднике – староста восьмого Оля Гладкова.

— Оля, доброе утро. Что-то произошло? Ты почему так рано?

— Я специально пришла раньше всех, чтобы поговорить с вами. Наедине.

— Тогда пойдем, в кабинете поговорим. Ты чай утром пила?

Ольга покрутила отрицательно головой.

— Вот тогда сначала чай заварим, а потом уже побеседуем. Потерпит разговор еще десять минут?

Девочка кивнула в ответ.

Петр Николаевич нахмурился. Обычно бойкая и насмешливая, сегодня его ученица была явно чем-то огорчена: она брела позади, неразговорчивая, в каких-то своих раздумьях.

В кабинете Петр Николаевич вскипятил на газовой горелке воду, заварил чай, разлил по кружкам, протянул Оле кусок рафинада.

Она отхлебнула горячий чай, подняла на учителя серо-голубые глаза:

— Петр Николаевич, вы нас учили всегда поступать по справедливости. Я помню, как вы проводили у нас классный час. В октябрята меня принимали, а потом в пионеры. Вы всегда так рассказываете и объясняете… по-настоящему, как будто вы не директор, а… отец. – Оля с трудом подбирала каждое слово. Ей важно было объяснить Петру Николаевичу, как сильно она ему доверяет. Чтобы он помог ей решить вопрос, который мучил ее последнее время.

— Спасибо, Оля. Рад слышать такое. Я и правда отношусь к вам как к родным детям. Ты же пришла поделиться чем-то, да? Начинай. Обещаю, что выслушаю тебя не как директор школы, а как твой друг.

— Понимаете, когда я была маленькой, все было просто и понятно. А сейчас запуталось. Вот есть один человек, он хороший. Но он вынужден наговаривать на себя, чтобы прикрыть своих друзей и одну девочку. Берет на себя чужую вину и от этого страдает. Ох, я, наверное, непонятно объяснила. – Красивая головка с тугой косой поникла над дымящейся кружкой.

— Ты ведь про Пожарского Николая сейчас говорила? – прямо спросил директор и по взгляду Оли понял, что угадал.

— Про него. – Ей понадобилось время, чтобы решиться рассказать. – Я просто случайно узнала, что Коля не виноват. Он не крал продукты и на школьников из соседней школы напал, потому что они маленькую девочку сильно обидели. Но он ни за что в этом не признается, чтобы друзей своих не подвести. И теперь я не знаю, как поступить. Рассказать всем правду – Коля перед друзьями останется виноват, промолчать – его из пионеров исключат, а потом и из школы.

— Непростая ситуация, Оля, – поддержал ее Петр Николаевич. В коридоре уже раздавались крики и смех первых учеников, но он не спешил сворачивать разговор. – В таком возрасте закладываются основы человека, и важно не сломать его веру в хорошее. Знаешь такое выражение: «добро должно быть с кулаками»?

Оля покачала головой – не слышала.

— Я тебе расскажу историю, а ты сама делай выводы, как взрослая. Договорились? – Петр Николаевич отошел к окну, посмотрел на школьный двор, по которому уже тек к высокому школьному крыльцу тонкий ручеек школьников. – В старших классах все ребята пробуют курить. – Он перехватил взгляд девушки и лукаво улыбнулся. – Не пытайся меня убедить, что твои одноклассники этого не делают. Это плохая привычка. Кто-то пробует и больше к папиросам не прикасается, а кто-то смолит всю оставшуюся жизнь, зарабатывая болячки. Я попробовал курить в седьмом классе. Очень рано. Но так хотелось мне пофорсить перед одноклассниками. Здоровьем и силой я никогда не отличался и решил тогда, что это поможет выглядеть в их глазах более взрослым. Папиросы я таскал у своего деда. Тот по старости уже не замечал пропажи. Но зато ее заметил отец. Он не стал меня уговаривать или читать нотации. Купил пачку и заставил выкурить ее всю за один раз. Ох и плохо мне было тогда, двое суток тошнило. С тех пор на табак смотреть не могу. – По худому изможденному лицу директора пробежала легкая улыбка. – Обиделся я тогда на отца страшно, не разговаривал с ним долго. Представляешь? – Улыбка сменилась печальной тенью. – А сейчас, когда я сам взрослый мужчина, я ему благодарен. Что вот таким жестоким образом он отучил меня раз и навсегда от курения, не дал завести плохую привычку. Сейчас я бы сказал ему спасибо и безумно жалею, что потратил столько времени на глупую обиду.