Книга Разорванный круг, или Ступени возмездия, страница 109 – Ольга Аверина, Юлия Аверина

— Так, да не так, хитро улыбнулась я, совсем ты у меня, Варька, не разведчица, смотришь только на то, что тебе интересно, а на всякие любопытные мелочи внимания не обращаешь. Вот я совсем другое дело, верчу головой по сторонам и часто замечаю то, что вроде бы и не надо замечать. В тот день дом Мальцевых был полон охраны, серьезные молодые люди в дорогих, хорошо сшитых костюмах встречались повсюду. Думаю, в их обязанности входило приглядывать за гостями. Вдруг кто выпьет лишнего, ссору затеет или позарится ненароком на хозяйские ценности? Так что визит незваного гостя в погреб навряд ли бы остался незамеченным.

— Ну ты, Лель, даешь! — Варвара посмотрела на меня с нескрываемым уважением. — Форменный Штирлиц! Правда, в свое оправдание могу сказать, что спортивных молодых людей я тоже приметила, но решила, что они Толины партнеры по теннису. А ты молодец, сразу их раскусила!

— Пустяки, — отмахнулась я, хотя Варькин комплимент был мне очень приятен, — рассуждаем дальше. Дом у Мальцевых совсем новый, буквально недавно Катерина закончила его обстановку. Все гости, за исключением Борецкого и Устюгова, были в нем впервые, а значит, они просто не знали о существовании винного погреба и не могли заранее придумать столь хитроумный план. И если даже предположить, что эта мысль пришла к убийце внезапно и ему удалось незамеченным пробраться в подвал, все равно остается вопрос, где он взял масло для смазки ступеней, такие вещи про запас в карманах не носят! — Я сделала многозначительную паузу и подвела черту своим рассуждениям: — Получается, что Анатолия убил тот, кто знал о существовании погреба и мог войти в него в любое время, не вызывая подозрения у охраны. А таких людей, как ты знаешь, совсем немного!

Мы наконец подъехали к дому Мальцевых. Варька заглушила мотор, но выходить из машины не торопилась. Она устало откинулась на спинку сиденья, прикрыла глаза и прошептала:

— Да, совсем немного, всего четверо.

Устюгова нашли в собственном подъезде рано утром, около шести, когда весь дом еще спал крепким безмятежным сном. Соседка с двенадцатого этажа Елена Петровна Лаптева, промучившись всю ночь бессонницей, решила съездить до работы на Черемушкинский рынок, купить внучке свежего творога и сметаны. Выйдя из лифта и сделав пару шагов по направлению к двери, Елена Петровна резко остановилась.

В подъезде царил полумрак, тусклый свет единственной лампочки слабо освещал мужскую фигуру, неловко примостившуюся на нижних ступеньках лестницы и перекрывающую собой выход на улицу. Судя по всему, мужчина крепко спал. По крайней мере все то время, пока Елена Петровна не сводила глаз с темного расплывчатого силуэта, он не шевельнулся ни разу. «Неужто бомж в подъезд забрел, — брезгливо морщилась она, — вот тебе домофон и железная дверь с кодовым замком, все напрасно, никуда от них не спрячешься! Лучше бы на эти деньги лампочки новые вкрутили, а то темнота в подъезде хоть глаз выколи! Потоптавшись в нерешительности на верхней ступеньке, Елена Петровна потянула носом: — Вроде не пахнет, значит, не бомж. А может, кто из наших хватил лишнего и не дотянул до квартиры». Сжигаемая любопытством женщина спустилась на несколько ступенек вниз и, подавшись вперед, пригляделась повнимательнее. Мужчина, одетый в светлые льняные брюки и явно недешевую легкую замшевую куртку (точно такую же она видела на днях у соседа из восемьдесят пятой квартиры), лежал на грязном, давно немытом полу в подозрительно неестественной позе. Левая нога его была неловко подвернута, руки разбросаны по сторонам, а широко открытые глаза смотрели застывшим бессмысленным взглядом куда-то вверх. Вдруг страшная догадка осенила Лаптеву, «Батюшки святы, — прошептала она, да он же мертв». Одновременно с этой мыслью из груди испуганной женщины вырвался пронзительный крик, сходящий на истошный визг. Глаза ее невольно пробежали по лицу мертвого мужчины, и даже в полумраке подъезда она мгновенно узнала в нем всегда приветливого и любезного Михаила Устюгова, своего соседа и давнего приятеля сына.