Книга Роковой подарок, страница 7 – Татьяна Устинова

— Да враньё сплошное, товарищ майор, – опять сунулся оперативник. – Хотя паспортные данные…

— Для себя пишете? – перебил Раневский. – В стол?

— Да не в стол, – Маня шумно выдохнула, – а в издательство! Ну вот же!..

В высоком и узком книжном шкафу плотно стояли книги – насколько Маня успела заметить, книги в этом доме были в каждой комнате, – и свои они отличала моментально, несмотря на плохое зрение.

Она поднялась, подошла к шкафу – оперативник и следователь наблюдали с интересом – и вытащила книгу.

— Вот! Я в прошлом году написала, – и сунула следователю.

Тот недоверчиво взял и повертел в руках.

— Марина Покровская, – пробормотал он, – фамилия знаменитая, и фотография вроде ваша…

— Ну, не ваша же! Марина Покровская – псевдоним!

— Выходит дело, с потерпевшим вы давно знакомы, – торжествующе начал оперативник, – раз у него ваши книжки имеются!

— Они продаются в магазинах.

— Да ну?! И кто ж их покупает?!

— Люди, – буркнула Маня. – Вы не поверите. Есть люди, которые любят читать.

— Дамочка, не морочьте нам голову!..

— Погоди, погоди, – перебил следователь Раневский. – Что вы делали в этом доме? С хозяином хорошо знакомы?

Маня завела свою историю в тринадцатый раз. Волька хмурился возле её ноги: ему здесь не нравилось и хотелось домой, в деревню, где они так славно жили с хозяйкой.

— Понятно, – непонятно сказал следователь Раневский, когда Маня добубнила и повернулся к оперативнику. – Из домочадцев нашли кого-нибудь? Жена, дети где?

— Пока нет, товарищ майор.

— Этого Сорокалетова, который их свёл, разыскали?

— Никак нет, товарищ майор.

— Заросли осмотрели, куда собака пришельца погнала?

— Товарищ майор…

— Так чего стоим-то? – неприятным голосом сказал Раневский. – Кого ждем? Вперёд! А мы с вами, Мария Алексеевна, пройдёмся до места, и вы мне всё покажете, как было. Справитесь?

Маня кивнула.

Они вышли в сад, купавшийся в вечернем солнечном океане. На садовом столе среди лип и сиреней так и был накрыт чай.

— Вот здесь мы сидели и разговаривали. Мы сначала осматривали коллекцию старинных икон, я устала, у меня нога болит. С велосипеда упала, – зачем-то добавила Маня. – И вышли посидеть. Потом Максим сказал, пойдёмте к реке, там тоже есть где посидеть. И мы пошли.

— Вот по этой дорожке?

— Ну да. Максим рассказывал, что здесь был бурелом, спрашивал, почему я в Беловодске живу, а не в Сочи.

— И почему?

— Господи, да не хочу я в Сочи! А здесь в заповеднике у моей подруги прекрасный дом, она мне разрешила в нём пожить. Мне работать надо, а в Москве не получается.

— Да, – сказал следователь Раневский. – Работа у вас… своеобразная. Неужели правда кто-то до сих пор книжки читает?

Маня оскорбилась.

— Представьте себе! И многие! Лучше книг ничего не может быть на свете! Если у вас есть еда и книги – значит, жизнь есть!..

Они прошли ещё немного.

— Вот здесь мне показалось, что в кустах кто-то сидит, и я спросила, не водятся ли здесь медведи. Максим пошёл посмотреть и даже крикнул что-то, какое-то имя, я забыла. Вроде: «Саша, это ты?»

— Именно Саша?

— Я не помню точно!

— Придётся вспомнить.

— Ну вот, он пошёл, а Волька стал рычать и кидаться, а потом побежал, и я за ним.

— Здесь?

Маня кивнула, и Раневский полез в траву.

— Вот там он лежал, где примято, видите? А в ту сторону кто-то убежал, Волька его напугал. По-моему, даже укусил, я слышала вскрик. А может, и не укусил, а просто прогнал.